Прадо

МБИЦИОЗНЫЙ ПРОЕКТ ИЗДАмельства «Международная книга» - серия огромных и тяжеленных альбомов о музеях мира - продолжается. После Лувра и музея Орсэ очередь дошла до мадридского Прадо.

Прадо, хотя и принадлежит к категории «А» в мировом музейном рейтинге, совершенно не похож на другие крупные музеи: здесь не увидишь панорамы мировой живописи. Толи потому, что Испания большую часть своей истории существовала изолированно от Европы, то ли потому, что испанцы — не очень художественная нация, то ли потому, что испанские монархи (а именно королевская коллекция положила основу Прадо) не были такими заядлыми коллекционерами, как, скажем, Наполеон, обиравший почти все попадавшиеся на пути собрания и галереи и свозивший художественное добро в Париж (потом, правда, часть пришлось вернуть). Зато сегодняшний турист, придя в Лувр, может увидеть буквально все.

В Прадо же он увидит довольно скромное собрание мировой живописи (хотя и наткнется на такие шедевры, как «Смерть Марии» Андреа Мантеньи, «Снятие с креста» Рогира ван дер Вейдена или несколько знаменитых картин Иеронима Босха, в том числе «Сад земных наслаждений»). Впрочем, в Прадо идут смотреть другое совершенно потрясающую коллекцию испанского искусства, которой, понятное дело, нет ни в одном музее мира. Испанская живопись сама по себе тоже могла бы оказаться где-то на обочине истории мирового искусства (как, скажем, русская), если бы не такие художники, как Эль Греко, Веласкес или Гойя, которые давно признаны общемировым, а не только национальным достоянием.

Соответственно, большая часть почти 700-страничного альбома посвящена испанской живописи. Альбом, как и полагается, предназначен для разглядывания картинок — мало текста и много иллюстраций. Качество репродукций блестящее (книга отпечатана, конечно же, в самой Испании). Многие произведения в книге выглядят даже лучше, чем в натуре. Правда, зеленый цвет драпировки в гойевской «Махе обнаженной» точно передать не удалось как не удается вообще никому и никогда. Эту картину нужно смотреть на месте.

У книги есть, пожалуй, только один недостаток она стоит более полутора тысяч рублей, и отечественным любителям искусств не по карману. У нас покупать такие книги могут себе позволить, скажем, частные дантисты или адвокаты. И в один прекрасный день гипотетический клиент, дожидаясь в приемной своей очереди, будет листать не «Плейбой» или «Вог», а увесистый альбомчик. А, собственно, почему бы и нет?

Н.М.

Кремера - двойной компакт-диск «Танго» пользовался ошеломляющим успехом, в том числе и коммерческим. В прошлом году он долго держался во многих хит-парадах world music («музыки народов мира»). Новый диск скрипача посвящен, как явствует из названия и автобиографических комментариев маэстро, музыке из кино. И продолжает ту же салонную в хорошем смысле слова - линию в его творчестве. Есть на диске даже музыка АСтора Пиаццолы, которого Кремер, можно сказать, открыл нашим академическим кругам. По счастью, это не набившие уже оскомину танго с бандонеоном, а лейтмотив из экранизированной пьесы Луиджи Пиранделло «Генрих IV». Не обошлось и без эстрадного ретро - «Улыбки» Чарли Чаплина, «Романса» Дмитрия Шостаковича из «Овода», киношлягеров Нино Рота и примкнувшего к ним Леонида Десятникова (с его музыкой к фильму «Закат» Александра Зельдовича). Но от десятков и сотен других сборников ностальгической киномузыки диск Le Cinema отличают очаровательная безделушка Гии Канчели «Рэг-Гидон-Тайм», «Бык на крыше» Дариуса Мийо и небольшое сочинение недавно умершего японского классика Тору Такемицу «Ностальгия»> (памяти Андрея Тарковского, разумеется). Диск записан сборной командой бывших «наших», таких же, как и сам Кремер - пианистом Олегом Майзенбергом, композитором Сергеем Дрезниным (автором попурри на темы из «Цирка» Исаака Дунаевского) и берлинским Немецким симфоническим оркестром под управлением Андрея Борейко. В таком исполнении хорошо звучит все, даже самые заигранные киношлягеры.

Дмитрий Ухов