Фильмы

«Подводная лодка» «Я, снова я и Ирен»

Про «Экипаж» вспоминаешь еще раз. В каждом фильме катастроф непременно есть героический момент, заставляющий рыдать но от хохота. Когда при двадцатиметровых волнах Клуни с паяльником в руке болтается на верхушке какой-то длинной стальной фиговины, описывая вместе с ней многометровые круги и пропарывая башкой бушующий океан, а все с целью (если фиговина на доли секунды встанет на место) быстро припаять ее обратно к телу корабля (чтобы не болталась), это напоминает тот момент из «Экипажа», когда герой Леонида Филатова, выбравшись на крышу высоко летящего авиалайнера, стучал молотком по фюзеляжу.

Умиляет и обилие идеологии. Герои фильма не уходят от шторма, а рвутся в него, потому что это «челлендж» (то есть «вызов» очень важное понятие для американского образа жизни, обозначающее сложную, почти не разрешимую проблему, наличие которой тебя заводит, поскольку ты хочешь доказать себе и другим, что — сможешь, прорвешься, добьешься!). В разгар бури камера вроде бы ненавязчиво, но отчетливо демонстрирует на рыболовецком судне американский флаг - так и Америка прет вперед, невзирая на бури! Финал и вовсе напоминает о кинематографе соцреализма. Сначала толпы простого народа объединяются в патриотическом порыве на похоронах своих героев, а потом..... В море выходит новое рыболовецкое судно, да еще с женщиной-капитаном, потому что рыбаки не сломлены, обрели в борьбе мужество и готовы бросить океану новый вызов!

Тем не менее это редкий голливудский фильм, который купили бы для проката и в советское время. Знаете, почему еще (кроме «челленджа») Клуни попер сквозь шторм? Потому что, если бы пошел в обход, вся пойманная рыба стухла бы. И рыбаки не заработали бы денег, необходимых для прокорма семей. На лицо бесстыдная эксплуатация трудящихся, вынужденных рисковать жизнью ради прожиточного минимума. Тяжела судьба рыбака в Америке. Ключевые слова. Первый час семья и Судьбы, второй час - шторм.

вражеские глубинные бомбы, а у нас проблемы с дизелем и последняя торпеда.

«Чек»

Россия * 1/2 Режиссеры Борис Гиллер и Александр Бородянский Звезды: Алексей Макаров, Николай Фоменко, Юлия Николай Расторгуев Прокат в России - «Союз» Про что. Из пресс-релиза: «Авторы попытались соединить мелодраму, фильм действия и просто трогательную историю о совсем юных людях, волею судьбы вынужденных противостоять жестокому взрослому миру». Противостояние в том, что «совсем юные» (мальчику и девочке лет по двенадцать, еще одному мальчику, впрочем, под тридцать), используя свои боевые, компьютерные и житейские таланты, пытаются найти чек на 5 (пять) миллионов долларов, который их честный дядя милиционер стырил у мафии и продажных коллег. Чек нужен, чтобы сделать младшему мальчику операцию на сердце в Израиле. Рекорд новорусского кино по перестрелкам и трупам (десятков пять, как минимум). Тип юмора: «Отпускаем!»> «Опускаем?» — «От-пус-каем!!» Еще: «У вас со зрением все в порядке? Вам их фотографии показывали?» — «А ежели они перекрасились? У меня жена каждый месяц то блондинка, то брюнетка». «И пол каждый месяц меняет?» «Зачем? У нас паркет».

Плюсы и минусы. «Чек» каменный век кинематографа. Сегодняшние киноманы лет 10 - 12-ти, с одной стороны, испорченные Голливудом, но, с другой, привыкшие к неким стандартам кинопрофессионализма, научились распознавать на экране телевизора новорусское кино с полувзгляда. Так - с ходу - распознают при телепоказе и «Чек». Он абсолютно выпадает из современного контекста, уступая даже примитивным зарубежным боевикам категории «Б»: в них не палят из автоматов бессмысленно и во все стороны, видя, что противник впереди. В них ставят драки так, что кажется персонажи действительно бьют друг друга по морде. У нас же кулак не доносят сантиметров на пять.

В этой старомодности есть своя приятность. Бесхитростностью, внятной повествовательностью, расхожими диалогами и романтизмом «Чек» напоминает детскую продукцию студии имени М. Горького 60 - 70-х годов. Этакие «Акваланги на дне» без шпионов, зато с ма фией и сменой политориентиров у детей-героев. Странно, впрочем, что в фильме и кровища, и стриптиз, и лесбиянки, и ругательства типа «пидор». Опытные сценаристы (но малоопытные режиссеры) Бородянский & Гиллер не зна ют, что надо снимать либо для детей, либо не для детей, а третьего не дано.

Тем не менее после сорока минут просмотра я был готов поставить «Чеку» ***, но дальше началась сценарная ахинея. Как мент - Фоменко перегрохал человек двадцать, если за ним прибыли всего три легковушки и вдвадцатером в них НЕ поместиться? Откуда на территории «новорусского имения» монастырь? Почему православные священники занимаются подделкой паспортов? Почему чек оказался-таки у «наших», если к моменту финальной разборки был у других? Чего хорошего в том, что «хорошие» прикарманили пять - изначально государственных миллионов (на операцию, кстати, требовалось сто тысяч)? Так халтурить нельзя. Ключевые фразы. Дядю убили, но мы с пистолетами. Мы победим, потому что за справедливость. Брат-2(2 главных хоро ших - сводные братья).

Про что. Традиционная похабная комедия от самых скандально модных, непристой ных режиссеров. Очередная (сто вторая, наверное) версия похождений «доктора Джекила» и «мистера Хайда», в которой «Хайд» не просто наглее и злобнее мягко телого двойника-Джекила, но и «еще тупее». Керри изображает полицейского, страдающего раздвоением личности, и оборачивается то скромнягой, которого даже маленькая девочка может послать на фиг, то хамом, который в отместку макает скверную девочку мордой в фонтан и испражняется на участке гадов соседей. Если в кино еще остались какие-то линии, которые нельзя пересекать, то, будьте уверены, братья Фаррелли пересекут их в ближай шие годы. Ударные моменты фильма: дра ка героя Керри с сонной коровой (с приме нением пистолета и приемов рукопашного боя), издевки над неграми, немцами, карликами, толстяками и шизофрениками, утреннее мочеиспускание в потолок + полдюжины эпизодов с фаллоимитатором и воспоминаниями о том, кто и куда его засовывал. Да, чуть не забыл: а живая курица, которую клевые братья-негры затолкали в ж... некоему плохому полицейскому? Как успел написать один из рецензентов: «Рабле и тот покраснел бы, посмо трев «Я, снова я и Ирен». Зато - добавлю в одном из эпизодов мелькнула Анна Курникова. Значит, сняться у Фаррелли это круто.

Плюсы. Фаррелли мне по-прежнему нра вятся. Всякая альтернатива правильному Голливуду, разумеется, приятна. Впрочем,