Продавцы воздуха Посткефирная эпоха

Новые люди в правительстве будут реализовывать старые идеи

Еще не зная точный список новой команды Виктора Черномырдина, можно было спрогнозировать, что же правительство начнет делать. Оно снова будет «тушить пожар», пытаясь выполнить теперь уже окончательно невыполнимый бюджет. Несмотря на постоянные разговоры о налоговой реформе и сокращении числа налогов, правительство продолжает их только множить. Правительственные чиновники в очередной раз тешат себя надеждой, что можно придумать такой налог, который «спасет» бюджет. При этом представители Госналогслужбы уже готовы считать достижением хотя бы сохранение величины задолженности на уровне последнего месяца, то есть 61-62 трлн. руб.

Одна из последних «грандиозных» идей властей — введение специального сбора за пересечение государственной границы. B случае ее реализации законное право каждого гражданина на свободу перемещения будет облагаться налогом. Аргументы, с помощью которых ответственные чиновники попробуют эту меру обосновать, можно с легкостью себе представить. Дескать, государство несет расходы на содержание пограничников, таможни, печатание бланков таможенных деклараций и т.д.

В связи с этой инициативой вспоминается витавшая в правительст венных коридорах примерно год назад идея ввести дополнительно к подоходному налогу специальный сбор на поддержку правоохранительных органов. Проект, к счастью, так и не был воплощен в жизнь, хотя получил немало благосклонных откликов.

Регулярное появление подобных прожектов весьма симптоматично. По существу, предлагая ввести «специальные» налоги на то, что, вообще говоря, является базовой функцией любого государства (обеспечение правопорядка, пограничного и таможенного режима), чиновники признают неспособность государства выполнять свои обязательства по отношению к гражданам.

Налицо, если использовать уже почти хрестоматийное выражение, «маркетизация государства» сверху. Платность государственных услуг возводится в ранг доктрины. Дело, конечно, не в пресловутых 10 долларах за пересечение границы или 1,5% с зарплаты в пользу МВД. И даже не в создании прецедента и возможности для чиновников впоследствии ввести налог на гражданство, владение русским языком, праВо дышать и т.д.

Путь этот тупиковый, и люди, рождающие подобные идеи и пытающиеся их реализовать, расписываются в собственной недееспособности. Они забыли о том, что в экономике существуют базовые принципы, игнорирование которых нельзя компенсировать никакими силовыми методами ни полицией, ни армией, ни танками.

Между тем в последнее время даже от тех чиновников, которых условно можно было отнести к «либералам», на замечание о неэффективности нынешней налоговой системы и зачастую просто абсурдности многих документов ГНС все чаще можно услышать пассажи типа: «Когда за неуплату налогов будут сажать в тюрьму, все будут платить». Оставим в стороне размышления о том, как будут смотреться за решеткой руководители крупнейших компаний-неплательщиков начиная с Рема Вяхирева, весьма своеобразно выстроившего отношения Газпрома с государственной казной, и кончая Владимиром Каданниковым, в бытность которого директором «АвтоВАЗа» завод тоже не платил налогов. Заметим только, что в стране попросту не хватит тюрем. Посадить придется всех или почти всех. Беды российской казны следствие того, что нарушена одна из основополагающих закономерностей хозяйственной практики. Издержки на законное ведение бизнеса оказались выше издержек, связанных с нарушением законов. Проще говоря, как только нарушать закон становится выгоднее, чем его соблюдать, происходит массовый отток предпринимателей в теневой сектор. И даже самые крупные корпорации перестают платить налоги. Но если мелкий предприниматель начинает давать взятки чиновникам в налоговой инспекции и платить дань бандитам, крупный добивается льгот и отсрочек в правительстве и у президента, бандитов зачастую тоже не забывая.

Впрочем, к правительственным чиновникам, среди которых немало профессионалов самого высокого класса, следует отнестись с сочувствием. Они вынуждены, «наступая на горло собственной песне», экономически обосновывать, а затем и обслуживать весьма сомнительную доктрину «перманентной демократической революции». Почти полгода предвыборной кампании нанесли экономике страшный вред. Сознательная капитуляция перед злостными непла тельщиками налогов и, что еще хуже, беспрецедентная по масштабам раздача всевозможных бюджетных льгот и не могли привести к иному. Поэтому нынешний праведный гнев высших должностных лиц по поводу бюджетного кризиса и показательные разоблачения отдельных мелких неплательщиков не что иное, как лицемерие. Г-н Ливщиц обладает достаточным экономическим образованием и, видимо, еще в апреле понял, что ждет государственные финансы в сентябре.

Конечно, в правительстве понимают пагубность предвыборной политики подготовленный указ президента о приостановке исполнения целого пакета «льготных» указов и постановлений, обещающий сэкономить казне 50 трлн. руб., яркое тому свидетельство. Но после появления в СМИ информации об этом достойном порыве все, имевшие к готовящейся акции отношение, в мягко-извиняющихся комментариях постарались «сгладить» возможные негативные последствия. И даже чиновники, своей подписью завизировавшие перечень отменяемых решений, давали крайне невнятные объяснения. оглядкой. Как же ведь можно вспугнуть получателей всех этих льгот. Президентские выборы прошли, но предстоят выборы региональные. И снова экономическая политика правительства подгоняется под обслуживание текущих политических задач, «защиту демократических преобразований» нынешней кремлевской команды теперь уже на местах.

Назревает еще одна масштабная угроза национальной экономике. Новое правительство. Существенное изменение структуры кабинета и его персонального наполнения означает не только приход «свежих» людей, но и «свежих» интересов. Олицетворяемая премьер-министром Виктором Черномырдиным преемственность курса недорогого стоит. Если исходить из сложившейся сегодня ситуации - наследовать особо нечего. Я не пытаюсь отрицать стабилизационных достижений возглавляемого Виктором Черномырдиным правительства. Однако низкая инфляция является лишь необходи мым, но отнюдь не достаточным условием для экономического подъема. А сформулированные -ном Черномырдиным во время последнего выступления в Госдуме основные направления экономической политики нового кабинета министров (которая, очевид но, должна будет привести к столь необходимым структурным изменениям в экономике) не содержат ничего нового. Вот уже два с лишним года эти тезисы перекочевывают из одного дежурного выступления в другое.

В правительстве появились Но вот новых идей может хватить лишь на то, как подороже рые следует хранить в холодильнике не более месяца, и «долгоживущие», которые можно хранить без холодильника до 3 месяцев (а у некоторых фирм и вовсе до полугода).

Любопытно, что во Франции, по словам руководителя представительства компании Danone в Москве Пьера Корельского, существует специальный закон, согласно которому йогуртом может называться только «живой» продукт. Вероятно, поэтому французские кисломолочные изделия, способные храниться более одного месяца, называются десертами.

«Живые» йогурты, конечно, более полезны. «Долгоживущий» продукт подвергают глубокой пастеризации, в результате чего погибают живые кисломолочные ферменты, полезные для человеческого организма. Однако производители йогуртов долгого хранения стараются убедить потребителя в том, что их продукт не менее полезен. Например, генеральный директор компании Ehrmann oxaрактеризовал разницу между «живыми» и «долгоживущими» йогуртами следующим образом: «Свежие йогурты полезны для пищеварения, они оказывают благоприятное действие на работу кишечника, но в йогуртах длительного хранения содержится, как правило, гораздо больше витаминов, например, кальция, и минеральных веществ, поэтому они тоже полезны».

Производители и их продукция

Основные фирмы-производители йогурта находятся в Германии, там сосредоточено примерно 80% европейского производства. Наиболее крупные - Suedmilch (ее продукция продается под маркой Fruttis), специализирующаяся на производстве «долгоживущих» йогуртов, Zott («живые» йогурты под маркой

Zott и «долгоживущие» под маркой Mertinger), которая контролирует 60% европейского рынка сливочных йогуртов, а также Ehrmann. Между тем, по оценкам экспертов, крупнейший в мире производитель йогуртов - французская фирма Danone (специализируется на «живых» йогуртах), которая имеет свой завод чуть ли не в каждой стране.

Йогурты в небольшом количестве выпускают и другие компании (например, Parmalat, Nestle). В принципе в ограниченном количестве йогурты можно производить почти на любом молочном предприятии. Что часто и делается, однако такая продукция известна, как правило, только у себя на родине (иногда и вовсе в одной провинции или районе) либо в определенном регионе (например, йогурты финской Valio кроме жителей самой Финляндии хорошо знают только в России, странах Балтии и СНГ).

Все известные йогуртовые фирмы строго следуют двум основным правилам. Во-первых, солидные компании используют при производстве только высококачественное свежее ни при каких обстоятельствах не порошковое или консервированное. Равным образом запрещены любого рода консерванты. Во-вторых, во фруктовые йогурты кладут живые ягоды, фрукты и орехи, которые покупаются на международных аукционах. Как рассказали представители компании Zott, ягоды И фрукты транспортируются до места производства в замороженном виде, размораживаются только один раз, подвергаются легкой тепловой обработке (чтобы не скисли), а затем уже запускаются в производство. Содержание свежих фруктов в некоторых сортах йогурта доходит до 25% от общей массы продукта.

Однако у каждой фирмы есть свои секреты, накопленные в течение многолетней работы и строго охраняемые от посторонних. Конечно, основной принцип приготовления одинаков у всех, но именно благодаря «тайнам» йогурты разных фирм отличаются по вкусу.

Представители компании Zott любезно согласились поделиться одним из них. «Мы сливаем привезенное на фабрику молоко только естественным способом, а не откачиваем, например, насосом. Это происходит следующим образом: молочный фургон въезжает на наклонную поверхность и сливает молоко в специальные емкости. Считается, что так лучше сохраняется первоначальная структура молока (это придает йогурту особый вкус)». «Самое важное внесение фруктов и ягод в йогуртовую массу: некоторые просто бросают их в массу, а у Ehrmann принципиально иной способ, это наше ноу-хау», — рассказал в свою очередь генеральный директор Ehrmann.

В целом же немецкие йогурты более густые, чем французские. Французы вообще не слишком жалуют густые продукты.

Великое завоевание

Завоевание России принципиально важно для производителей йогуртов: в Европе этот рынок давно сформирован, спрос довольно стабилен. Первой на российские просторы ступила немецкая компания Suedmilch, предложив покупателям обезжиренный Fruttis, самый дешевый сорт йогурта (теперь в наших магазинах продаются также стандартные и сливочные Fruttis). По мнению экспертов, именно из-за того, что Fruttis первым появился в России, сегодня он занимает более 50% отечественного рынка. Вслед за Suedmilch к нам пришла французская Danone (торгует в России три года), затем - Zott (2,5 года).

Немецкая Ehrmann, по словам ее представителей, готовилась к поставкам в Россию аж с 1992 года. Специально для этого был построен завод ближе к российской границе в городе Фрайбурге. Новый завод, 90% продукции которого идет на российский рынок, обошелся компании в 163 млн. немецких марок. И надо сказать, руководители фирмы не просчитались. Первый грузовик с продукцией Ehrmann пришел в Россию в феврале прошлого года. А к началу апреля текущего года производство йогуртов на новом заводе выросло на 50%. Как заверили представители компании, к началу 1997 года выпуск йогуртов на этом предприятии должен увеличиться еще вдвое. Во всяком случае, там строятся дополнительные производственные линии.

«Сегодня Россия занимает уже четвертое место в ряду импортеров нашего йогурта, поэтому в будущем мы хотим организовать производство непосредственно в России», говорит генеральный директор Ehrmann. Компания Danone уже построила в Тольятти свое предприятие. «Сегодня треть реализуемой в России продукции мы производим на месте, в дальнейшем хотим производить здесь все», - говорит Пьер Корельский.

А представители Zott считают, что организовывать производство йогуртов в России не имеет смысла. По их мнению, в нашей стране отсутствует высококачественное молоко. «Для того чтобы получить молоко для настоящего йогурта, необходимы «йогуртные коровы», которые пасутся на альпийских лугах, их выводили веками», — убежден представитель фирмы. Но это лишь полбеды: в России невозможно найти пригодные для приготовления йогурта фрукты и ягоды. «Danone, например, возит фрукты из-за границы, а это слишком дорого», говорят представители Zott. Вероятно, поэтому в йогурте, производимом в Тольятти, содержится меньше фруктов (19% от общей массы), чем в йогурте «Данон и фрукты», выпускаемом за рубежом (25%).

В последнее время многие российские предприятия начали выпускать «живые» йогурты. Причем есть вполне приличная продукция (например, московского Лианозовского молочного комбината). Однако отсутствие в России высококачественного сырья, считают руководители Zott, еще долго не позволит российским производителям конкурировать с западными фирмами. С этим соглашается и генеральный директор АО «Лианозовский молочный комбинат» Владимир Тамбов.

«Далеко не каждое российское предприятие имеет сегодня возможность устанавливать современные линии для производства йогуртов, мы, по сути, станем первыми не только в России, но и в СНГ», — говорит он. Пока йогурты Лианозовского молочного комбината упаковываются 250-граммовые «ванночки». Однако с 15 февраля будущего года в строй вступит линия по выпуску йогуртов и так называемых пудингов (десертов) в упаковках европейского образца. К тому же срок хранения «живых» йогуртов увеличится до месяца (сегодняшние могут храниться не более 10 дней), «долгоживущих» до года. Производительность такой линии, которая обошлась предприятию в 9 млн. долларов, составит 100 тонн йогурта в сутки. «Москва вполне способна поглотить такое количество, тем более что наш продукт в два раза дешевле импортного, а по качеству не будет отличаться ничем: мы тоже покупаем фрукты за рубежом и используем свежее молоко», — заверяет Владимир Тамбов. Так что у западных компаний в ближайшее время все-таки появится серьезный конкурент, Во всяком случае, на московском рынке.

А пока западные производители конкурируют между собой, причем в довольно жесткой форме. Вот один из примеров: «Ближе к осени мы будем продавать свои йогурты только тем российским фирмам, которые не торгуют продукцией наших конкурентов», заявили представители Zott. По их мнению, так же поступит и Suedmilch.

90% йогуртов поступает в Россию через Москву. Если учесть, что в Москве только семь фирм импортируют йогурты (одни уже сегодня торгуют либо Zott, либо Suedmilch, другие продают продукцию разных производителей), то рынок в скором времени будет поделен. В этой связи стоит отметить, что у финской Valio есть свое представительство в Санкт-Петербурге, которое организовало сеть дистрибьютеров, занимающихся реализацией товара. А интересы француской Ele Vire в России представляет концерн Bograin Evropa Vostok. Так что теперь компании Ehrmann, чтобы удержаться в России, скорее всего придется создавать собственную дистрибьютерскую сеть. В любом случае, по мнению представителей Zott, другим западным компаниям «влезть» на российский рынок йогуртов будет теперь уже очень трудно.

Пожирнее и погуще

«Жители Европы предпочитают есть «живые» йогурты, поэтому «долгоживущие» там практически не продаются», — отметили представители компаний Ehrmann и Danone. В России, напротив, по объемам продаж лидируют йогурты длительного срока хранения. «Если, например, в Германии «долгоживущие» йогурты занимают не более 10% рынка, то в России на их долю приходится 90-92% в крупных городах и почти 100% в отдаленных регионах», - говорит представитель Zott.

Впрочем, данное обстоятельство объясня ется тем, что западные компании, за исключением разве что Danone (и то в силу ее специализации), равно как и отечественные фирмыимпортеры, изначально ориентировали российских потребителей именно на «долгоживущие» йогурты. Ведь торговать «живым» продуктом в стране, где еще не сложилась традиция есть его каждый день, довольно рискованно: добрая часть товара успеет испортиться, так и не найдя своего покупателя (особенно если учесть, что йогурты обычно поступают в Россию только на 10-15-й день после изготовления). И вообще, торговать йогуртом с длительным сроком хранения удобнее - не надо заботиться о приобретении холодильных камер.

Вероятно, поэтому специалисты Valio полтора года назад разработали для российского рынка специальный йогурт длительного хранения (раньше финны производили исключительно «живые»), то же сделали и специалисты Ehrmann, прежде чем выйти на наш рынок. А французская Ele Vire создала для России йогурт Necolett со сроком хранения до 6 месяцев. Впрочем, западные компании постоянно изучают местные вкусы, чтобы понять, какие сорта раскупаются живее. «Россияне любят, чтобы в йогурте было побольше крупных кусочков фруктов, поэтому через пару месяцев мы предложим им Ele Vire с фруктами», - говорят представители Bongrain Evropa Vostok. О пристрастии наших соотечественников к йогуртам с фруктами говорит и то, что, по словам Пьера Корельского, две трети продаж Danone в России приходится на йогурт «Данон и фрукты».

Кроме того, россияне предпочитают более жирные продукты, чем жители большинства стран Западной Европы. Поэтому, например, Ehrmann с осени этого года начнет поставки в Россию «долгоживущих» сливочных йогуртов Exstra (10% жирности). Пока что эта компания предлагает россиянам йогурты двух сортов Yoginos (0,2% жирности) и Fruttagurt (3,5%). Специалисты Ele Vire также учли пристрастия россиян и при разработке йогурта Nicollet довели его жирность до 3,5% (до этого фирма продавала в России только обезжиренные сорта).