Триада

Γ АСТРОЛИ МОЛОДОЙ ХУДОЖНИЦЫ ИЗ ПЕТЕРБУРГА В ОЧЕРЕДНОЙ раз напоминают москвичам о примечательнейшем явлении сегодняшней «культурной столицы» — арт-движении под названием неоакадемизм, придуманном легендарным представителем питерской богемы Тимуром Новиковым.

Панегирическое напоминание вполне оправданно. Прежде всего бесспорны административно-кураторские таланты Тимура Петровича. За семь лет ему удалось на пустом и болотистом месте изобрести объединяющую квазиидеологию «нового русского классицизма», сформулировать стилеобразующие принципы «неоакадемизма», поставить на уши весь Петербург и из своих бесчисленных адептов выстроить Новую Академию изящных искусств, где теоретические построения маэстро применяются на практике. Что же касается эстетической стороны дела (объявление войны всяким модернизмам с постмодернизмами во имя вечных ценностей), то еще Лев Толстой говорил о необходимых каждой творческой личности «энергии заблуждения» и «толчке веры в себя». Художник со всеми своими заблуждениями-верами, в сущности, неподсуден. Главное: в петербургском искусстве благодаря тимуровым стараниям возник оригинальный феномен.

Но этот феномен есть товар эксклюзивный, авторской работы. В неоакадемизме не свита играет короля — наоборот, он превращает трепетных сподвижников в необязательные детали своего эпического пейзажа. Новая Академия населена множеством «людей лунного света», заметных благодаря чужому свечению. Потому пропагандистские монологи (то есть персональные выставки) отдельных художников Академии напоминают самопародии и вызывают подозрения в законспирированной антирекламе движения. Проект Виктории Ухаловой в «ТѴ Галерее», к сожалению, лишь подтверждает это горькое наблюде ние. Нам трепетно сообщают, что в городе на Неве нет - и отродясь не бывало - ничего более достойного внимания, чем неоакадемизм. Нет Бога, кроме Тимура Новикова, и Ухалова — пророк его.

Формально все честь по чести. На фотографиях с натуры полуобнаженные юноши манерно подпирают колонны Казанского собора - доступной обители классицизма. На компьютерных коллажах молодой человек ласкает фрески Сикстинской капеллы или позирует на фоне парижской Триумфальной арки - и то, и другое символизирует недоступную петербуржцам красоту. Далее — какие-то люди в масках, словно сворованных у еще одних «новиковцев», Олега Маслова и Виктора Кузнецова. В другом зале горка телевизоров с четырьмя видеофильмами — телевизоры задрапированы плюшевыми тряпочками (так помпезнее). Видео-арт включен в обязательную программу: Новая Академия в пропаганде прекрасного активно использует новые технологии. Единственная новация - перформанс на открытии выставки (третья составляющая «триады» после фото и видео). Танец мальчика в черном, обклеенном светящимися трубочками, вроде бы выбивается из жанра: он уместен в рейверском ночном клубе, а не среди утонченных поборников красоты. Но своей кондовостью попадает в унисон всему концерту дворовой самодеятельности с Пушкинской, 10 (адрес Новой Академии). Впрочем, подъездные песнопения - занятие не последнее. Мальчики и девочки, в сущности, нравственно совершенствуются, пестуют в себе разумное, доброе, вечное. А также Прекрасное. Федор Ромер