Где катаклизмы?

Экономические прогнозы в нашей стране выглядят еще менее убедительно, чем прогнозы погоды

Будем надеяться, что обещанные нам с осени прошлого года экономические и социальные неприятности, переходящие в катастрофы, еще впереди, а то как-то неудобно получается. Все ждут гиперинфляции, которая должна была обрушиться на страну уже в феврале (50-процентный и более того рост цен в течение нескольких месяцев). А тут и простая инфляция не оправдывает никаких ожиданий. Переваливается с трех на четыре процента в месяц. Курс тоже как-то подозрительно застыл вокруг 22-23 рублей за доллар, хотя давно уже просто обязан был шарахнуть под самые небеса. Надо сказать, что министр финансов Михаил Задорнов на прошлой неделе слегка подправил ситуацию на валютном рынке страны, заявив в интервью «Файнэншл Таймс», что Центробанк доедает последние валютные резервы и что, если за две-три недели не договориться с МВФ об отсрочке долгов, доллар в России стремительно подорожает и правительство вынуждено будет печатать рубли со страшной силой. Очень неординарный ход министра финансов, ничего не скажешь. На следующий день доллар действительно рванул вверх, но не добрался и до 24 рублей за штуку и кардинально ситуацию не изменил.

Я отдаю себе отчет в том, что, вполне возможно, когда этот номер «Итогов» попадет вам, уважаемый читатель, в руки, доллар наверстает упущенное. Особенно если члены кабинета, непосредственно связанные с финансами, будут с неистовой прямотой доказывать с цифрами в руках, что дела у нас идут не плохо, а безнадежно плохо и вы еще просто всего не знаете... Если долго хором кричать: «Гиперинфляция, гиперинфляция!», то она, как снегурочка, в конце концов придет. Но где она сейчас, когда давно должна быть на месте?

Хочу быть правильно понятым. Я глубоко убежден, что нынешнее относительное спокойствие никак не связано с невразумительной экономической политикой нашего правительства. Более того, по-настоящему опасные для экономики идеи и воззрения отдельных влиятельных членов кабинета и его экономической команды в целом, будь они реализованы, могли бы в очень короткие сроки привести к самым разрушительным последствиям и международной изоляции России. Но даже доблестное бездействие правительства не заслуживает комплиментов и уж тем более не является причиной не случившихся еще катаклизмов. Но что же тогда?

Не имею ни малейшего представления, какую версию на этот счет предложить, хотя с нескрываемым интересом читаю объяснения профессиональных аналитиков об эффекте расширенного эмиссионного финансирования экономики, которое на первых порах творит чудеса и создает иллюзию расширения спроса, что и ведет к краткосрочному увеличению объемов выпуска продукции и сокращению ее запасов на складах. Ни секунды не сомневаюсь, что все обстоит именно так. Однако хочется спросить: а что, в октябре прошлого года ничего не было известно о краткосрочном эффекте расширенного финансирования? Его, что, открыли только на днях?

Большинство либеральных экономистов и политиков, весьма уважаемых и авторитетных, осенью прошлого года твердо намечали к концу Зимы началу весны наступление ценового обвала, безумные обменные курсы и прочие беды. И все это на основе вполне убедительных расчетов, на оценках реальной денежной эмиссии (прямая эмиссия, помощь банковской системе, взаимозачеты и многочисленные правительственные вспомоществования). Не случилось. Возможно, случится, и даже скоро, особенно если министр финансов окажется хозяином своего слова и напечатает нам прорву денег, предварительно еще раза дватри предупредив об этом население страны и мировую общественность. Обязательно случится. Только когда? Можно ведь твердо прогнозировать наступление холодов в июле. Они, холода, когда-нибудь обязательно придут. Но кому нужно такое бюро прогнозов, Институт экономических проблем переходного периода, более известный как Институт Гайдара, в докладе за ноябрь прошлого года дал пять сценариев развития событий. Пять вариантов ― достаточно Широкий разброс, чтобы похож оказался хотя бы один. Какие-то отдельные предположения, да, потверждаются. Например, о приостановке обслуживания долга СССР. Но по ключевым параметрам, выбранным самим институтом, не сходится. Нам обещали устойчивый рост денежной массы с ноября прошлого года по февраль нынешнего на уровне 8% в месяц. А эта самая масса к концу января не то что не выросла, а злостно снизилась почти на 2,5%. Самый оптимистический сценарий не предполагал доходов федерального бюджета выше 8% валового внутреннего продукта (ВВП), а доходы эти оказались существенно выше и приблизились к лучшим показателям весны прошлого года. Ни один из сценариев не показывал инфляцию в январе-феврале ниже 6%, а она стоит где-то на уровне 4%. Тоже немало, но все-таки. Конечно, всему этому есть убедительные объяснения, но они не улучшают качества сделанных прогнозов.

Нет сомнения, что Россию ждут нелегкие времена, особенно если не удастся решить долговую проблему, да если даже и удастся договориться об отсрочке, отдавать придется значительную часть доходов бюджета не один год, а лет эдак десять. Но очень хочется, помимо исчерпывающего экономического прогноза — будет хуже, знать хотя бы некоторые детали. А как именно будет хуже, галоши надевать или водолазный костюм, что захватывать с собой, выходя на улицу, зонтик или бейсбольную биту,