Битва за иден

Очевидный организационно-кадровый кризис в КПРФ возник, разумеется, не на пустом месте и вряд ли является результатом недомыслия или пассивности. Причины его лежат в области чистой идеологии.

Стремительное изменение политической и социально-экономической ситуации в России привело к тому, что в идеологическом отношении КПРФ сейчас практически безоружна. Ее программа образца зимы — весны 1993 года воспринимается не иначе как набор лозунгов, без разбору сваленных в одну кучу. Более-менее здравомыслящие коммунисты объясняют это так: три года назад партия только-только отстояла свое право на существование, и программу кроили из того идейного материала, какой оставался с прошлых времен. Естественно, там не было ничего, кроме утвержде ний насчет точно известной коммунистам дороги в светлое будущее. При этом всегда подчеркивается, что только сейчас КПРФ начинает становиться собственно партией, и только сейчас начинается выработка идеологии.

Как это часто бывает, существует, по крайней мере, два подхода к разрешению идейного кризиса. Сторонники одного из них говорят и мыслят в точности теми же лозунгами, которые когда-то были на вооружении «руководящей и направляющей». Другой, как бы более взвешенный, подход предполагает выработку модернизированной идеологии, которая, с одной стороны, сохраняла бы «правильный» философский стержень, а с другой - учиты вала современную ситуацию.

Член думской фракции КПРФ Алексей Подберезкин не видит в наличии идеологических расхождений внутри движения серьезной опасности. В партию с 1993 года пришли люди как догматического мышления, так и достаточно передовые. Так что «общий знаменатель» в партии не идеологический, а общенравственный, считает Подберезкин. Три года назад, например, коммунистов в значительной степени объединяло чувство протеста: дескать, мы не стыдимся своего членства в партии и, несмотря на все идеологические нападки, партбилет свой сохраняем. А это как раз область нравственная.

Крупнейшая и влиятельнейшая группа внутри КПРФ - «государственники». Ее численность, по словам Подберезкина, в 9-10 раз превосходит численность другой, «интернационально-троцкистской», ортодоксальной, догматической группы. Для ее членов характерна идеологическая и организационная импотенция. «Никто из них ничего не создал. Они все время действуют по принципу: дайте нам, мы будем руководить. То есть типично аппаратный стиль», подчеркнул депутат в интервью «Итогам». Поэтому, считает он, с точки зрения реальной политики ортодоксы не имеют решительно никакого влияния.

Между тем свято место пусто не бывает. И коль скоро формирование новой идеологической платформы партии далеко не завершено, вакуум должен чем-то заполниться. Этим «чем-то» вполне может быть общеоппозиционная идея.

«Мы - элемент политической системы. А политическая система полна противоречий, и прежде всего из-за той экономической и социальной политики, которую проводит правительство», - заявил «Итогам» Анатолий Лукьянов. Пропасть между «щепоткой богачей и морем бедняков» углубляется, со значением поднимая вверх палец, подчеркнул он, и задача оппозиции, и прежде всего коммунистов, защищать это море бедняков: «Партия составляет ядро непримиримой оппозиции».

«Но мы не просто непримиримая оппозиция, мы ответственная оппозиция. Ответственная, когда речь идет в целом о государст