[Без Заголовка]

личенко, запрещено создавать сеть осведомителей из местных жителей. Ведь в ходе вербовки могут быть, не дай бог, нарушены права человека. На проведение любой операции следует запрашивать разрешение из штаб-квартиры международной полиции. Как полицейским удается поддерживать хоть относительный порядок, ловить угонщиков автомобилей, грабителей и карманников (это самые распространенные сейчас преступления), остается только догадываться. Но Зеличенко не унывает: «Зато тюрьму здесь отгрохали в полном соответствии с международными стандартами. Не тюрьма - курорт. Питание трехразовое из натовских пайков. В камере - три человека от силы. У нас такие лет через сто будут - точно не раньше».

«Гуманитарная интервенция» в Косово решила задачу-минимум. До вступления сил КФОР в крае убивали людей, а теперь нет. Многим казалось, что достаточно силой прекратить кровопролитие, а время вылечит народы, одуревшие от взаимной ненависти. Однако сейчас ясно ненависть не исчезает. Если силы КФОР и международной полиции не дают ей прояв ляться в Косово, она находит выход вовне. Война переместилась в долину Прешево, южную часть Сербии. Некоторое время в Косово почти в открытую шла вербовка охотников повоевать там. Экстремисты пользуются тем, что между Косово и Сербией установлена 5-километровая зона безопасности. По условиям военно-технического соглашения между Белградом и НАТО в эту зону не имеют права входить ни югославские, ни международные воинские подразделения. В этой зоне боевики чувствуют себя как дома, создают тренировочные лагеря, складируют оружие, продовольствие и боеприпасы. Все ждут, что весной в долине Прешево полыхнет новая война.

75-километровый участок границы контролируют наши десантники из 13-й тактической группы вместе с американским взводом военной полиции. «Сделать мы здесь мало что можем, — признает командир 13-й группы подполковник Олег Рекин. Обыскиваем сотню машин. в день. Но задержать человека имеем право только, если обнаружим у него оружие. Граница-то административная, и всякий имеет право пересекать ее. Ну а оружие в автомобиле только идиот потащит через КПП».

Впрочем, несколько раз удавалось перехватывать караваны с оружием и амуницией для отрядов албанских экстремистов. В декабре был обстрелян совместный российско-американский патруль. Радикально настроенные албанцы рассчитывают запугать военных КФОР, и российские, и американские военные уверены, что в любой момент могут подвергнуться массированным ударам боевиков. Взаимодействие для национальных контингентов КФОР — насущная необходимость. Как раз в те дни, когда я был в Косово, проходили тактические учения наших и американских подразделений, которые отрабатывали экстренное усиление российских блокпостов. Как рассказал подполковник Рекин, в ходе командноштабных учений они смогли разработать единую систему боевого управления.

Военные даже в период, когда отношения России и государств НАТО оставляют желать лучшего, готовятся воевать вместе, а не против друг друга. Между тем пять лет назад, когда готовилась совместная операция войск НАТО и России в Боснии, группа офицеров российского Генштаба под руководством генерала Леонтия Шевцова уже разрабатывала инструкции, обобщавшие боевые уставы России и США. Российская бригада в Косово, входившая в американскую ди визию, и действовала по этим инструкциям. Однако весной 1999 года Россия вывела бригаду из оперативного подчинения американцам. Полутора лет оказалось достаточно, чтобы опыт был основательно забыт. И теперь система командования такова, что нынешний командующий КФОР итальянский генерал Карло Кабиджиозу, характеризуя ее, не нашел другого слова, кроме как «замысловатая». В самом деле, прежде чем оперативная группа подполковника Рекина начнет выполнять приказ главнокомандующего КФОР, этот приказ поступает в Брюссель, а оттуда в Москву. Воен ные начинают действовать только после дипломатических консультаций. Такая система может существовать только в спокойной обстановке. Если придется воевать, подполковник Рекин будет вынужден иЛИ бездействовать, или взять всю ответственность на себя. А вот с этим дела, похоже, обстоят неважно. В российском воинском контингенте весьма чутко прислушиваются к тому, что происходит на Родине.

Люди просто боятся, что слишком тесное сотрудничество с на