Афганистаун

Через десять лет после вывода советских войск жители несуществующей страны основали в Москве свой город

K ОГДА-ТО В ГОСТИНИЦЕ «СЕВАСТОполь» поселиться было не слишком просто. Сегодня пройти туда может любой, купив билет за два рубля. В двух из четырех гостиничных корпусов расположен афганский рынок.

Первые беженцы из Афганистана обосновались в «Севастополе» в начале 90-х. Вскоре гостиница акционировалась и принялась зарабатывать деньги: ее нижние этажи арендовала некая российская торговая фирма, которая стала сдавать помещения афганцам.

Многоплеменной Афганистан расположился в «Севастополе» со своими традициями и образом жизни. Двери в гостиничные номера распахнуты настежь. В них расположены лавки, в которых хозяйничают афганские таджики, узбеки, пуштуны. Здесь есть несколлько молельных комнат, где совершают намаз, и большая мечеть, где верующие собираются на всеобщую пятничную молитву. В «севастопольском» буфете, который переоборудовали кафе «Кабул», можно попробовать национальную афганскую кухню. Здесь же, в первом корпусе, находится пекарня, наполняющая гостиницу запахом лаваша. В «Севастополе» есть даже редакции афганских газет. Самая популярная ежедневная «Гиндо-Кош» («Гиндукуш», - «Итоги»). Ее редактор Файз Мухаммад Савез рассказал, что печатает на ксероксе двести экземпляров в день. Газета стоит четыре рубля.

На этажах гостиницы расположены и штаб-квартиры организаций афганских беженцев.

Пять столиц Афганистана

Сегодня не вполне ясно, что считать столицей Афганистана. Официально это Кабул, но двадцатилетняя гражданская война расчленила страну на несколько Афганистанов, у каждого из которых своя столица. Моджахеды, воевавшие с советскими войсками, называли «временной столицей свободного Афганистана» пакистанский Пешавар. Захватив в 1992 году Кабул, лидеры моджахедов объявили его столицей, а Демократическую Республику Афганистан переименовали в Исламское Государство Афганистан. Но два с половиной года назад новую власть выбили из столицы талибы, и экс-моджахед президент Бурхануддин Раббани объявил столицей Мазари-Шариф. Штаб-квартира движения «Талибан», чьи части в прошлом году захватили Мазари-Шариф и почти всю страну, находится в Кандагаре - древней афганской столице, здесь же живет и лидер талибов мулла Омар. Статус Кабула сегодня лишь формальный. «А столица Демократической Республики Афганистан переехала сюда, в «Севастополь», сказал нам афганский торговец Асадулло. - Когда моджахеды победили, почти все наши офицеры и чиновники побежали в Россию».

Десять лет назад из Афганистана ушли советские войска. Вскоре, в 1992 году, просоветский режим Наджибуллы в Афганистане рухнул. Победители-моджахеды принялись сводить счеты с теми, кто был связан с «промосковской властью». Бывшие офицеры и чиновники ДРА ежедневно сотнями переходили границу с СНГ. По данным Координационного комитета по делам афганских беженцев, в России и СНГ оказалось около двухсот тысяч граждан страны, на переустройство которой СССР потратил 10 лет и 15 тысяч жизней своих солдат (и, по разным оценкам, от восьмисот тысяч до полутора миллионов жизней афганцев). Примерно 40 тысяч афганских беженцев осели в Москве и Подмосковье.

Бег

В 1992 году в гостинице можно было встретить экс-министров Демократической Республики Афганистан, военачальников, таких, как легендарный герой ДРА министр обороны Аслам Ватанджар. В 1978 году он входил в число левых офицеров, задумавших совершить в Афганистане социалистическую революцию. Тогдашний афганский

Президент Дауд, узнав о заговоре, запретил выдавать армии боеприпасы. Рассказывают, что офицер-танкист Ватанджар обманом выпросил у своего командира накладную на 60 снарядов, «подправил» ее и получил на складе 600. В тот же день танки заговорщиков окружили президентский дворец, выстрелы украденных снарядов стали для Афганистана «залпом «Авроры» — к власти пришла Народно-демократическая партия Афганистана. Ватанджар был в числе тех, кто обратился по радио к народу, заявив, что «в Афганистане уничтожены последние остатки империалистической тирании». После вторжения советских войск Ватанджар продолжал служить социалистическому Афганистану. Спустя пятнадцать лет он тщетно ждал в России гражданства или официального статуса беженца. Разочаровавшись, он уехал на Украину, где ему помогли устроиться местные ветераны афганской войны.

В том же 92-м вслед за партийными функционерами в Россию потянулись учившиеся здесь когда-то врачи, агрономы, инженеры. Лишь несколько десятков человек получили гражданство, среди них члены семьи бывших просоветских лидеров Афганистана Нур Мухаммеда Тараки и Бабрака Кармаля.

Приспособились кто как может. Бывший летчик теперь работает грузчиком в гостинице «Севастополь». Бывший замминистра экономики организовал бригаду по ремонту квартир. Но большинство живут самым прибыльным в сегодняшней России делом - торговлей. «У всех есть знакомые или родня в Иране, Пакистане, Китае...» рассказывает Асадулло, сидя в лавке среди кожаных курток, дамских сумочек и перчаток иранского производства. В прошлом партийный работник, он учился в Ташкентском университете, потом вернулся в Афганистан проводить «водно-земельную реформу», афганский вариант коллективизации. Тогда, по его словам, разочаровался в социализме, отошел от партийных дел. Но когда пришли моджахеды, ему припомнили прошлое. Он бежал.

«Родня жены уехала в Иран, — объясняет Асадулло, — они там тоже не имеют ни гражданства, ни статуса беженцев. Они шлют сюда кожу, бижутерию, это..…» он кивает на оставшиеся от новогодней распродажи пестрые елочные украшения, сваленные в углу. Распавшаяся по миру афганская диаспора быстро наладила связи: в Россию привозят азиатский ширпотреб, из России получают сахар, порошковое молоко, холодильники «ЗИЛ»...

Центром афганской торговли Москве стал «Севастополь». «Город афганской славы», - шутят здешние торговцы.

Справка для генерала

— Вот что мы выдаем тем, кто обращается к нам. - Президент расположенного в «Севастополе» Фонда помощи афганским беженцам Хабибулла Фаридун показывает «Справку афганского иммигранта» - ксерокопированный бланк, который сообщает, что его предъявитель «зарегистрирован для подготовки документов на получение статуса беженца». Для российских чиновников эта справка, понятно, не имеет никакой юридической силы. «Хотя бы можно показать милиции, - объясняет он. Попытаться отвертеть ся или обойтись меньшей взяткой...» В «Севастополе» нам рассказали, как один бывший генерал афганской армии, получив такой бланк, спросил: «Это что, справка для беженца? А нет ли справки для генерала?» Здесь не учитываются былые заслуги, теперь беженцы разделяются не по чинам, а по тому, есть ли московская регистрация. Получить регистрацию, имея в руках только паспорт ДРА — страны, не существующей с 1992 года, — непросто. Как нам объяснили, для этого требуются или связи, оставшиеся еще с советских времен, или деньги. Из примерно 40 тысяч афганцев, проживающих в Москве и Подмосковье, тех, кто получил так называемую постоянную регистрацию, около тысячи. Зарегистрированные беженцы имеют возможность арендовать собственную лавочку «Севастополе», получать на свое имя грузы из-за границы. Незарегистрированные приезжают в «Севастополь» покупать по оптовым ценам товар у своих земляков, который перепродают на московских рынках.

Среди беженцев появились и состоятельные люди. Например, Гулям Мохаммад - президент «Афганского бизнес-центра». В 95-м центр перекупил права аренды гостиницы, и теперь все «севастопольские» афганцы получают право торговли в своих лавочках от него. Гулям Мохаммад, пуштун, имеет в «Севастополе» свой кабинет, на входе - охрана из бывших афганских офицеров. Экс-губернатор афганской провинции Кунар, бежавший в Россию в 1993 году, имеет московскую регистрацию. Секретом своего коммерческого успеха считает отсутствие клановых или политических предрассудков: «Мне не важно: пуштун не пуштун, халькиСТ парчамист (члены двух враждовавших фракций внутри НДПА «Итоги»). Главное, чтобы дело шло...» Иммигранты перенесли в Москву свои клановые, племенные, политические и другие различия. Координационный комитет по делам афганских беженцев, появившийся в 1992 году, вскоре распался. Теперь интересы афганских беженцев представляют пять организаций, и каждая выдает свою справку.

Чем афганец хуже албанца?

- Самое унизительное, что теперь за нас платит Запад, который мы считали своим идеологическим противником. говорит Гулям Сарвар, бывший начальник службы тыла ВВС и ПВО.

Мы сидим с генералом Сарваром и его друзьями в небольшой комнате, где из мебели только две кровати и шкаф. Это номер дома отдыха «Зеленоградский» в 40 километрах от Москвы, где теперь расположен один из двух подмосковных афганских лагерей. Мужчины сидят вокруг ковра, на котором традициОНный набор: чай и блюдо с изюмом и орехами. Женщины в комнату не заходят, только передают через порог тарелки.

Деньги на содержание лагеря выделяет Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев. В начале 90-х ООН уполномочила оказывать гуманитарную помощь беженцам в Россию французскую благотворительную организацию «Экилибр» — у нее был опыт работы с беженцами в СНГ. Впоследствии от нее отпочковалась российская организация «Экилибр - Солидарность», к которой с июня прошлого года перешли полномочия партнера ООН в работе с беженцами. Как объяснила сотрудница этой организации Татьяна Лях, они помогают иммигрантам из Анголы, Ирака, Конго, ШриЛанки, курдам... Но больше всего среди бе

женцев из дальнего зарубежья афганцев, их зарегистрировано около 24 тысяч, постоянно обращаются за помощью около 8 тысяч.

Афганцы из «Зеленоградского» торгуют на поселковом рынке товарами, за которыми ездят в московский «Севастополь». Но никто из них не намерен провести всю жизнь в тесных номерах провинциального санатория. «Многие бегут в Европу. И расстояние измеряют не в милях, а в долларах, продолжает Сарвар. Уже появилась целая сеть переправки беженцев на Запад через белорусскую границу». Нам сообщили таксу: Чехия — 3 тысячи долларов с человека, Германия – 4, Дания - 5, Канада — 8... Если учесть, что средняя афганская семья 8 - 15 человек, то сумма получается немаленькая.

Сарвар и его товарищи понимают, что в Европе их никто не ждет: «Запад ведь платит через «Экилибр», чтобы мы оставались здесь и не ехали туда». Однако при всей нелюбви к Западу Сарвар полагает, что Европа поможет урегулированию ситуации в Афганистане: «Пусть туда войдут солдаты ООН, чем афганец хуже албанца?» О режиме, какой должен установиться в его стране, экс-коммунист Сарвар говорит так: «Мы рассчитываем, что с помощью солдат ООН вернется Захир Шах (последний афганский король, изгнанный в 1973 году «демократическим» президентом Даудом, теперь живет на Западе. — «Итоги»). Захир Шах не имеет отношения ни к одной из нынешних афганских группировок».

Надежду на возвращение в беженцев вселяют, как ни странно, победы движения «Талибан», враги талибов — бывшие моджахеды, с которыми воевали и «советские» афганцы. «Даже если талибы сохранят власть, им придется меняться», - утверждает бывший офицер Али. Он напоминает, что первые указы моджахедов, когда они пришли к власти, тоже предусматривали обязательное ношение бороды для мужчин и паранджи для женщин, но потом их режим стал светским. Многие беженцы верят, что когда талибам придется думать о восстановлении экономики, им не обойтись без сотен инженеров, агрономов, врачей, оказавшихся в России. «Те, кто уехал на Запад, в Афганистан не вернутся, вернемся мы», - говорят здесь.

Кишлак «Вербилки»

В отличие от «Зеленоградского», состоящего из двух многоэтажных корпусов, в другом лагере - «Вербилки» в 90 километрах от Москвы — беженцы живут в отдельных домиках, поэтому жителям этого лагеря проще сохранять традиционный быт, многие здесь даже ходят в национальной одежде. Местные жители прозвали этот лагерь «кишлаком».

В «кишлаке «Вербилки» мы и познакомились с Мухаммадом Захиром, который бежал сюда из Афганистана лишь несколько недель назад. Он - представитель новой волны афганских беженцев, которые спасаются от талибов, и в отличие от тех, кто живет в России несколько лет, пока не хочет думать о возвращении.

Захир учился в Ташкентском университете, при моджахедах продолжал жить в родном городе Джелалабаде. Его не трогали, пока не пришли талибы. «Бороду, требуют, чтобы носили. Весь юг засадили опиумным маком. Чуть что не так, бьют...» В конце прошлого года талибы начали аресты тех, кто имел отношение к советскому режиму, даже мелких чиновников. Мухаммад получил приглашение «явиться к ихнему начальнику» и предпочел бежать. Влез в долги, занял двести долларов (огромная для Афганистана сумма). На границе с Туркменией сунул деньги талибскому пограничному патрулю. «Мусульмане, мусульмане, а взятки берут», * усмехнулся ОН.