Коллекция 2000

Присланный в редакцию факс из «Риджины» звал на светскую вечеринку с шампанским и богемной тусовкой. Присланная домой запечатанная книжечка пригласительного содержала пахучую тряпочку. «Коллекция 2000»: светский раут, парфюм, мода от Натальи Турновой. Только тряпочка, к буйной радости двух моих кошек, пахла не «Кензо», а сердечными каплями. Больницей.

Есть две специфические женские вещи (хотя мужчина к ним так или иначе причастен) - fashion и роды. Художница Турнова сделала выставку про гинекологические страсти. Галерист Овчаренко попытался сделать из выставки сюжет для Vogue. Огромные объекты Турновой из картона и ДСП, обтянутые холстом и раскрашенные в броские цвета, расставил по залу, как супермоделей по подиуму. Самой художнице придал статус модельера во время дефиле. Несмотря на то, что фиолетовая голая баба, сидящая враскоряку будто на гинекологическом кресле, алая голова младенца, схваченная щипцами, или скрюченный красно-оранжевый новорожденный, брошенный на кафельный пол, мало походят на Клаудию Шиффер.

Логика склонной к эпатажу «Риджины» такова. Мода и роды имеют не только общую «женскую» природу, но и общую ауру сладкой иллюзии, скрывающей горькую правду реальности. Удачный fashion-имидж - маска бесконечного человеческого счастья. Что же касается репродуктивных способностей женщины... «Считается, что роды — это чудо, Один из прекраснейших моментов существования, - растолковывает анонимная статья в каталоге выставки. - Правда в том, что роды могут стать самым жестоким, самым отталкивающим, унизительным моментом в жизни».

Об этом - работы Турновой (не только объекты, но и живопись на тему «извлечения плода», «перфорации стенки матки», пункции и выскабливания). Об этом ее ларошфуковско-розановские максимы, воспроизведенные в каталоге: «Нет чуда рождения ребенка. Есть способ вытащить его наружу. Живым. Не по частям». Сильное, надо сказать, чтение. Тут и личный опыт роженицы, и продиктованное проектом хождение по больницам и клиникам.

Выставка Турновой про «травму родов» была бы резким феминистским высказыванием на грани истерики, слишком пафосным для современного искусства, если бы не фирменный турновский стиль -— яркий, веселый, условный, нечто среднее между поп-артом и детским рисунком. Из столкновения темы и неподходящего исполнения возникает выставочный драйв, редкий в московских галереях. Но имеющийся, наверное, у показов коллекций pret-a-porter. Федор Ромер