Первое восточное турне

Активизировать участие в Азии

Новое это не очень хорошо забытое старое. В начале 90-х в дискуссиях о том, какой должна быть внешняя политика новой России, часто фигурировали «две головы орла», одна из которых смотрит на Запад, другая - на Восток.

Десять лет спустя Владимир Путин вновь заговорил о двух, правда, не головах, а «крыльях» российской внешней политики. Так изящно он выразился интервью китайскому агентству Синьхуа, подчеркнув, что восточное «крыло» ничуть не менее важно для России, чем западное.

И вот на прошлой неделе российский лидер опробовал восточное «крыло» в полете, в течение недели облетев Китай, Северную Корею и Японию. Азиатское турне, возможно, призвано было ответить на вопрос: есть ли основания после несбывшегося «золотого западного сна» 90-х впадать в сон восточный?

Что мог предложить российский президент северокорейскому? Продовольственную помощь? Увы, нет. Посредничество в отношениях с Западом? Уже нет. По некоторым сведениям, Кремль хотел использовать Пхеньян, чтобы, называя вещи своими именами, шантажировать американцев в вопросе ПРО. Ведь именно на северокорейскую ракетную программу Вашингтон ссылается, обосновывая необходимость созда ния национальной ПРО. В процессе дипломатической подготовки путинского визита Кремль «настоятельно советовал» северокорейским товарищам попытаться «разменять» продление моратория на американский отказ от программы национальной противоракетной обороны. Однако этого не получилось: мораторий корейцы продлили без всяких условий, равно как и переговоры с Вашингтоном по своей ракетной программе решили возобновить.

По итогам переговоров с Ким Чен Иром российский лидер заявил, что Северная Корея готова отказаться от своей ракетной программы. С условием, что другие страны окажут ей содействие в «мирном исследовании космоса», предоставив свои ракетоносители. Напомним, что запуск корейской ракеты в августе 1998 года, пролетевшей над Японией, подтолкнул США к разработке планов модернизации систем противоракетной обороны. Учитывая это, нетру дно было представить реакцию на последнюю инициативу Пхеньяна со стороны Вашингтона. Официальный представитель Белого дома заявил, что если речь идет о передаче Пхеньяну западных ракетных технологий, то об этом не может быть и речи. США готовы рассмотреть другое предложение - чтобы северокорейские спутники запускались в космос ракетами других стран.

Поездка на Окинаву - кульминация азиатского турне российского президента привлекла к себе повышенное внимание еще и тем, что, по сути, ей суждено было стать прелюдией к визиту Владимира Путина в Токио, намеченному на начало сентября. С каждым новым кремлевским руководителем японская сторона связывает новые надежды на прорыв отношениях с Москвой подписание мирного договора и решение многострадальной территориальной проблемы - вопроса принадлежности Южных Курил. Сумеет ли Путин пойти дальше Михаила Горбачева, признавшего существование проб лемы, и Бориса Ельцина, заявившего о желании приложить все силы для ее урегулирования до 2000 года, вот главный вопрос, который волнует японцев.

Собственно, отслеживать поведение преемника Ельцина в Токио начали сразу после того, как он стал исполняющим обязанности президента. В феврале газета «Асахи» обратила внимание на то, что, заняв кресло главы государства, Путин имел телефонные разговоры с Клинтоном, Шрёдером, Шираком, Олбрайт и только 28 января позвонил тогдашнему премьеру Кэйдзо Обути - спустя почти месяц после того, как связался с западными лидерами. Так что никаких признаков особого интереса к Японии со стороны нового российского президента на первых порах явно не просматривалось.

Однако, как известно, если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. Преемник внезапно скончавшегося Обу ти Иосиро Мори сам прилетел в Россию в апреле - как хозяин окинавского саммита он должен был посетить все семь стран-участниц и первой точкой своего маршрута выбрал Санкт-Петербург.