верить

ксея Подберезкина, который благодаря благообразному виду и умению облекать в изящную форму обычные коммунистические постулаты олицетворяет собой правый край левой оппозиции. По мнению Алексея Ивановича, никто бы не откололся от коммунистов, если бы они сами не спровоцировали соратников. По Подберезкину, лидеры КПРФ просто хотят «развалить объединения союзников, бросить им какие-то куски и заставить идти под своими знаменами». В этом утверждении есть большая доля правды. Дело в том, что коммунисты весьма оригинально представляют себе коалицию левых сил. По их мнению, и речи не может идти о каких-то переговорах по поводу мест в федеральном списке. Логика партноменклатуры сводится к следующему: КПРФ готова принять в свои ряды дружественные движения и партии, но решать, кто попадет в список, будет съезд, а на нем, между прочим, правят бал оголодавшие на периферии и соответственно жадные до столичных разносолов секретари обкомов и райкомов. И где при таком раскладе место умеренному Подберезкину? В лучшем случае - в середине списка. А уж о его соратниках и говорить не приходится. Съезд скорее проголосует за ястребов Илюхина с Макашовым, которые, разумеется, духовно ближе основной части коммунистов, чем голубь Подберезкин.

«Две наши крайности, - пожаловался корреспондентам «Итогов» один из членов фракции КПРФ. - Макашов человек простой. Он что думает, то и говорит. Порой чересчур резко (и это, конечно, нам вредит), но зато доходчиво и внятно. А у Подберезкина ничего не поймешь. Вроде он левый, а послушаешь хоть к Явлинскому в партию записывай. Все его выкладки чистая теория, к жизни не имеющая никакого отношения».

Доверяй, но проверяй

Как бы отщепенцы ни хорохорились, но перспектива споткнуться о пятипроцентный барьер для них вполне реальна. И Лапшин, и Илюхин, и Подберезкин это прекрасно понимают, а потому, продолжая декларировать политическую независимость, соломку все-таки стелят. Лидеры АПР, ДПА и «Духовного наследия» поочередно заявили, что окончательно определять стратегию и тактику ведения избирательной кампании (читай: идтитаки на выборы особняком или пожертвовать суверенитетом, «обезличившись» под знаменами КПРФ, и получить взамен хотя бы несколько гарантированных мест в новой Думе) их партии и движения будут на специальных предвыборных съездах, которые должны пройти во время парламентских каникул.

Упоминавшийся уже выше консультант комфракции убежден, что «бунт гарнира» продлится очень недолго. «Никуда они не денутся, все придут на поклон, их же никто иначе, как «сателлиты КПРФ», и не называет, заявил он корреспондентам «Итогов». - Только здесь уже нашим вождям нужно будет выдержать характер и четко указать всем этим «возвращенцам» их истинное место». Например, заставить их подписать коалиционное соглашение, которое, по мнению нашего собеседника, раз и навсегда обозначило круг вопросов - например, утверждение кандидатуры премьера или федерального бюджета, при обсуждении которых не допускаются «особые мнения», голосования «по совести» и прочий «плюрализьм».

Подписать подобное соглашение советники настоятельно рекомендовали Геннадию Зюганову еще после выборов 1995 года, но лидер коммунистов тогда, судя по всему, настолько уверовал в непререкаемость своего авторитета, что счел такую предусмотрительность излишней. А между тем заключение «брачного контракта» позволило бы большевикам направлять в единое русло денежные потоки, традиционно затапливающие поселения левых оппозиционеров в нижней палате парламента накануне голосований по принципиальным для исполнительной власти вопросам. При общей «бухгалтерии» станет значительно сложней купить, например, за «солярку и удобрения» голоса аграриев.

Система отношений, предполагающая обязанность отслужить «золотом и кровью» за предоставляемую протекцию, имеет глубокие исторические корни. Вот только в окружении Зюганова опасаются, что после выборов у Геннадия Андреевича обострятся приступы головокружения от успехов, а верные на период кампании — вассалы, когда речь пойдет о расплате, опять начнут жаловаться на провалы в памяти и всячески доказывать, что они сами себе хозяева.

Вам звонят из региона

По мнению многих коммунистических лидеров, партии-спутники не окажут решающего влияния на конечное распределение мест в Думе - плюс-минус несколько процентов. Гораздо большую опасность представляет возможная измена губернаторов. Первый звоночек прозвучал из Кемеровской области, когда Аман Тулеев заявил о том, что созда ет собственное движение и на выборы пойдет отдельно. Глава шахтерского края, конечно, погорячился: во-первых, по закону он не может этого сделать для участия в выборах с момента регистрации должен пройти год, а тут и полгода не набирается, а, во-вторых, Кемеровская область, где Амангельды Малдыгазыевич весьма популярен, не вся Россия, и набрать 5 процентов ему не никак удастся. В конце концов потерю Тулеева коммунисты пережили бы опасна тенденция.

«Я еще в 1996 году говорил: нам необходимо наладить реальную помощь красным губернаторам, — рассказал нам один коммунистический аналитик, помочь им искать кредиты за рубежом, наладить взаимовыгодные отношения с другими регионами, а в идеале - научить вести самостоятельную экономическую политику. Идея проста сделать их максимально не зависимыми от федерального центра. Конечно, в дотационных губерниях сделать это было сложно, но попробовать-то можно было. Так никто не почесался. И что мы имеем? Сегодня уже ясно, что власть будет использовать все рычаги давления на красных губернаторов. Посмотрите, что происходит. Сейчас уборочная на носу, а в Краснодарском и Ставропольском краях, в Тульской области и солярки нет. Вот Тулеев и прогнулся — ему прямо сказали: «Останешься у коммунистов - забудь об угольных кредитах». А где гарантия, что другие окажутся более стойкими ленинцами?» Опасения коммунистов понять можно. У социологов есть такой термин «административный резерв». Применяют его, говоря о возможности глав регионов влиять на результаты выборов. Терять этот «резерв» коммунистам ой как не хочется.

Склеенному

Надо признать, что умению большевиков делать хорошую мину при плохой игре могли бы позавидовать многие профессиональные шулеры: Зюганов со товарищи держится настолько уверенно, что кое-кто на «противной стороне» уже засомневался, уж не тонкий ли расчет действительно кроется за всей этой кутерьмой. «Ни для кого не секрет, что запрет компартии _ навязчивая идея нашего президента. Все эти проверки «соответствия деятельности общественных организаций и политических партий законам и Конституции России», публичные выволочки главе Минюста Павлу Крашенинникову за недостаточное рвение, вне всякого сомнения, не могут не беспокоить большевиков, — рассуждал на днях вслух один аналитик, придерживающийся демократических взглядов. Вот из опасения, что «дедушка» даст-таки такой «дембельский аккорд», они и придумали этот ход с расколом. А что? Напечают листовку, что «мы говорим аграрии, ДПА, Подберезкин, пятый, десятый, а подразумеваем - КПРФ», и просочатся в Думу тонкими ручейками».

Версия, конечно, забавная, но, как ни крути, иначе, как расколом, ситуацию, сложившуюся сегодня в НПСР, уже не назовешь. Просто признаваться в этом коммунистическим вождям по-прежнему не хочется. А потому они продолжают с упорством, достойным лучшего применения, доказывать, что «все идет по плану». Скорее всего, они просто надеются, что подобный аутотренинг поможет им пережить критические дни.

Вон уже и Виктор Илюхин, поняв, видимо, что самостоятельный поход на избирателя обречен на провал, уже запросился, по слухам, обратно под крыло КПРФ. Да и генерал Макашов в последнее время умерил свой пыл, снизил митинговую активность и с погромными призывами больше не выступает. Алексей Подберезкин уже, похоже, осознал, что самостоятельно в Думу ему не попасть. Он не прочь примкнуть к лужковскому «Отечеству» — переговоры на эту тему как будто проводились, но у того и своих левых пруд пруди. Николай Харитонов все еще пытается свести у Михаила Лапшина хотя бы часть Аграрной партии и вернуть ее в лоно КПРФ. Тот, кто сильнее прогнется, скорей всего, станет третьим в федеральном списке компартии. (Первые два места забронированы за Зюгановым и Селезневым.) И к выборам расколотое опять склеится, милые пусть, конечно, и не все опять соберутся вместе и помирятся, и жить они будут долго и счастливо и умрут в один день.

Во всяком случае коммунистам очень хочется в это верить, а то пока им одиноко и боязно.