Муртаза всех башкир

В обмен на лояльность Кремлю президент Башкортостана Муртаза Рахимов получил возможность править, руководствуясь исключительно собственными представлениями о добре и зле

Стоило корреспондентам «Итогов» посетить офис нелюбимого местной властью башкирского «Яблока», как немедленно подвергся тайному обыску гостиничный номер, в котором мы поселились в Уфе. И получаса не прошло. А на следующий день мы заметили и наружное наблюдение. Специальных навыков для этого не потребовапровожатый ходил по пятам и только что в тарелки к нам не заглядывал. Правда, продолжалась эта мука всего один день потом то ли интерес к нам пропал, то ли филера прислали поопытнее. «Да вы не пугайтесь, — успокоил нас лидер здешнего «Яблока» Сергей Фуфаев, это рутинная процедура: приехали московские журналисты и не пошли, как положено, в президентскую пресс-службу, а сразу сунулись во вражье логово. Как же можно таких людей оставлять без внимания? Наш президент даже в приезде журналистов видит непосредственную угрозу своей власти, и его службы не ищут сложных путей, чтобы эти угрозы предотвращать, — действуют просто и прямолинейно, как привыкли. Стесняться-то некого. Запомните во всем, что делает Рахимов или его окружение, не надо искать глубокого смысла или ждать от него каких-то хитроумных комбинаций. В этом его принципиальное отличие от Шаймиева».

На вершину власти Муртаза Рахимов взлетел стремительно. За четыре года преодолел подъем от директора нефтеперерабатывающего завода до президента. Карьера тем более удивительная, что плавное течение его многолетней трудовой деятельности такого спурта на финише никак не предвещало. Рахимов, как говаривали в старину, «прошел путь от простого слесаря до директора крупного...», ну и т.д. Только, заметим, прошел не быстро, подолгу задерживаясь на каждой ступеньке. И в партию вступил лишь на пятом десятке лет, когда замаячила должность главного инженера. А директором стал вообще в предпенсионном возрасте (сейчас Рахимову 66 лет). И Вдруг головокружительный взлет. Никому не известный руководитель нефтеперерабатывающего завода сначала в 1990 году становится председателем Верховного Совета, а спустя три года и президентом Башкирии. В Уфе ходят две версии карьерного чуда. Первую предложил все тот же лидер местного «Яблока» Сергей Фуфаев: «Выдвинули нефтяные магнаты — директорский корпус. Руководствовались простым соображением человек немолодой, без выкрутасов, звезд с неба не хватает, значит, будет плясать под нашу дудку». Другой собеседник «Итогов», бывший крупный партийный руководитель, пожелавший сохранить инкогнито (в Башкирии люди если и соглашаются говорить с журналистами на «скользкие» темы, то непременно просят их имен не называть. Сергей Фуфаев единственное исключение), не сомневается в том, что Рахимов — ставленник коммунистической партноменклатуры. И предпочли его бывшие партбоссы другим кандидатам, поскольку считали Рахимова человеком «безликим» и «недалеким». Словом, собирались «крутить им по собственному усмотрению». Обе версии сходятся в одном кто бы ни посадил Рахимова в высокое кресло, эти люди рассчитывали получить карманного спикера. И просчитались. Теперь и те, и другие далеки от рычагов власти. Рычагами этими Рахимов двигает единолично, руководствуясь только собственными представлениями о том, как должна быть устроена жизнь в его родном Башкортостане. Ну и с оглядкой на Кремль. разумеется.

В 1990 году на сессии Верховного Совета республики была принята Декларация о государственном суверенитете Башкортостана, и пост председателя парламента, который к тому времени уже занимал Рахимов, приобрел существенный вес. Тогда же появился и влиятельный противник в борьбе за власть - председатель правительства Марат Миргазямов. Конфликт могли разрешить выборы первого президента республики, решение о проведении которых Верховный Совет принял осенью 1991 года. Помимо Миргазямова соперничать с Рахимовым собирался глава банка «Восток» Рафис Кадыров. Его банк в то время был одним из крупнейших в России. Причем, судя по рейтингам, оба кандидата имели больше шансов возглавить республику, чем Муртаза Рахимов. Тогда же у Муртазы Губайдулловича и проявилась в первый раз склонность к простым и эффективным решениям как только выяснилось, что в президентской гонке Рахимов далеко не лидер, Верховный Совет признал проведение выборов несвоевременным. В итоге выборы состоялись только в декабре 1993 года. За два года Рахимов разобрался с обоими оппонентами - Миргазямова обвинили в злоупотреблениях и уволили со службы, а Кадырова фактически разорили. Таким образом победа Рахимова оказалась предопределена, и он стал первым президентом Республики Башкортостан.

Игры в суверенитет

Пытаясь последовательно поддерживать самые влиятельные силы в российском руководстве, Рахимов каждый раз ошибался делал ставку не на тех. Недавний просчет с «Отечеством», конечно, понятен. Год назад ничто не указывало на то, что это движение окажется на дальних задворках российской политики. Но в 1991 году Рахимов поддержал ГКЧП, а в 1993-м — хасбулатовский Верховный Совет. И каждый раз приходилось быстро перестраиваться. Но если в 93-м Рахимову уже нечего было опасаться его авторитет и популярность в республике к тому времени были уже достаточно высоки, то поддержка ГКЧП чуть не стоила карьеры новоиспеченному председателю Верховного Совета молодые лидеры национально-демократического движения в открытую обвинили Рахимова в пособничестве «предателям дела демократии». Спасла декларация о суверенитете. Вообще игра на национальных чувствах - любимое развлечение башкирского лидера. А главное, что в этой игре он добился немалых успехов. Сегодня в Башкирии не выдают новые российские паспорта. Вместо них справки, с которыми даже в институт за пределами республики не поступишь. Причина одна отсутствие в бланках паспортов графы «Национальность». Правда, как утверждает Рахимов, на недавней встрече с Владимиром Путиным ему удалось решить этот вопрос, и теперь гражданам Башкирии впридачу к паспорту будут выдавать вкладыш, где она будет присутствовать. «А почему мы должны обезличить многонациональный народ Башкортостана, - объ