Деньги уже пахнут

Опубликованные недавно «рейтинги экологических издержек» российских регионов, отраслей и корпораций несовершенны, но достаточно информативны

Рассказывают, что однажды в одну уважаемую неправительственную организацию обратились представители известной отечественной корпорации с предложением организовать общественную экологическую экспертизу некоего завода, который собрались строить их конкуренты. Все необходимые расходы инициаторы брали на себя. Дальнейший разговор выглядел примерно так: - Надеюсь, вы понимаете, что мы можем только честно проверить их проект и не гарантируем, что наши выводы окажутся вам на руку?

- Вы не гарантируете, зато мы гарантируем. Если вы их честно проверите, им хана. - Откуда вы знаете?

- Да у нас в холдинге пять заводов, построенных по тому же проекту, уже работаютнам ли не знать, какая там экология?!

Доказать, что такой разговор действительно был, вряд ли возможно. Но точно известно, что экологические показатели российских предприятий понемногу становятся серьезным фактором конкурентной борьбы по крайней мере в отраслях, ориентированных на внешний (особенно европейский) рынок. Само по себе это не может не радовать, особенно в условиях фактического отсутствия государственного экологического контроля кто бы кого ни «топил», сама возможность такой атаки по идее должна заставлять производителей соблюдать хотя бы минимальные экологические приличия. Однако этот механизм срабатывает только при достаточной «прозрачности» данной сферы. Экологические издержки такого-то проекта или такой-то корпорации можно оценить лишь по сравнению с им подобными. Между тем российские компании пока что предпочитают не давать вообще никакой информации с своих экологических издержках. Чаще всего у них ее попросту нет: для ее получения нужна специальная работа, вроде веде ния бухгалтерии не то чтобы очень сложная и дорогая, но постоянная и требующая квалифицированных кадров. И чего ради это делать? Чтобы тебе за твои же деньги сообщили, насколько твое производство грязнее аналогичных европейских и американских? Чтобы об этом узнали твои потенциальные инвесторы не говоря уж о конкурентах?

Восполнить этот пробел взялись неправительственные организации - Социально-экологический союз (СоЭС, самое массовое объединение «зеленых» СНГ) и агентство BioDat. B последние дни минувшего года они препод несли общественности своеобразный подарок - рейтинг экологических издержек 13 отраслей экономики, 13 регионов и 13 крупнейших корпораций.

Выбор вместо традиционной «десятки» или «двадцатки» именно чертовой дюжины был полуслучайным: отраслевое деление экономики оказалось удобнее всего представить именно 13 группами, среди которых есть и та кие, как «прочая промышленность» (имеется в виду за вычетом упомянутой в иных разделах) и «прочие отрасли» (кроме добывающих, промышленности, сельского хозяйства, транспорта и строительства). Для удобства сравнения были взяты 13 же наиболее экономически мощных регионов и корпораций.

Расчет рейтингов начинался с того, что для каждого рассматриваемого объекта путем обработки официально опубликованных сведений (данных Госкомстата, Росземкадастра, Государственных докладов о состоянии окружа ющей среды и т. д.) оценивались семь параметров: объем поглощаемой воды из природных источников; сброс в водоемы загрязненных сточных вод; выброс вредных веществ в атмо сферу (отдельно из стационарных устройств и из транспортных средств последние труднее контролировать); образование токсичных отходов; площадь земель, нарушенных или занятых свалками, и площадь затопленных земель. Затем полученные показатели соотноси лись друг с другом - условно говоря, реша лось, скольким кубометрам неочищенного выхлопа эквивалентен один затопленный гектар. В экономике роль мерила для разноприрод ных объектов играют деньги, в экологии же такого всеобщего эквивалента нет, и потому любой присвоенный тому или иному показателю «вес» всегда в изрядной степени субъективен. Авторы проекта поступили довольно просто: взяли значение каждого из показателей в це лом для России и поделили на число занятых в ее экономике людей. Далее они вычислили аналогичные цифры для объектов изучения, поделили каждый показатель на «среднероссийский» и взяли среднее арифметическое всех семи результатов. Оно-то и было представлено публике в качестве рейтинга экологических издержек. Отдельная проблема воз никла в связи с тем, что отечественная статистика не ведет учета по корпорациям. Их экологические рейтинги определялись для каждого предприятия отдельно (зачастую тоже доволь но изощренными методами - вроде того, как по пересекающимся буквам «вычисляют» трудное слово в кроссворде) и потом сводились воедино.

Конечно, полученные таким путем данные неизбежно оказываются весьма условными и методически уязвимыми. Например, почему выбраны именно эти, а не какие-то другие показатели и насколько они независимы друг от друга? Уже первый из них объем поглощаемой воды - выглядит довольно сомнительным: почти на всей территории России изъятие воды само по себе (если только оно не сопровождается строительством плотин и каналов) практически не вредит ни самим водоемам, ни связанным с ними экосистемам. Этот фактор действительно важен в засушливых регионах например, в Средней Азии или на юго-западе США. В наших же палестинах скорее «не то грех, что в уста, а то грех, что из уст» - экологические проблемы создает не количество забираемого, а качество сбрасываемого. Но это уже учитывает другая графа. Вызывает вопросы и равный «вес» выбранных показателей, и многое другое.

Но при всей спорности и условности полученные рейтинги объективны в одном аспекте: они подходят с единых методических позиций ко всем рассматриваемым объектам и учитывают не «потенциальную опасность», а то, что реально можно померить. Тем интереснее оказа лось их соотношение с привычными стереотипами. Выяснилось, например, что Московский ре гион (включающий два субъекта Федерации Москву и Московскую область) занимает последнее место в «списке 13» по уровню наноси мого природе вреда - он здесь почти втрое ниже среднероссийского. Лидирует же по экологическим издержкам Красноярский край с его низкой плотностью населения и огромными площадями девственной тайги и тундры (напомним, что браконьерство и хищнические лесозаготовки вообще никак не учитываются в рейтингах). Впрочем, разброс по регионам не так уж велик: рейтинг «брегов пустынных Енисея» превосходит московский менее чем в 8 раз. Среди отраслей лидер отличается от аутсайдера в 70 раз, а среди корпораций - почти в 100.

Лидерство в последней номинации «Норильского никеля» логично: таймырский гигант снискал славу «грязного» даже внутри своей отрасли цветной металлургии, по определению работающей с неустранимо-ядовитыми веществами. Но вот вторым «призером» неожиданно оказалось РАО ЕЭС. Причем разрыв невелик, а в отраслевом зачете соперники даже поменялись местами: электроэнергетика признана наиболее экологически вредной отраслью российской экономики. Если учесть, что по «экологической вменяемости» своего топ-менеджмента электрическая монополия явно отличается в лучшую сторону от большинства российских корпораций, ситуация потре бует объяснений.

Сразу скажем: атомные станции тут ни при чем. (Кстати, при всей, мягко говоря, натянутости отношений СоЭС и Минатома авторы проекта, отвечая на вопросы журналистов, с видимым неудовольствием признали, что «по данному набору показателей атомная промышленность выглядит довольно прилично».) Репутацию РАО ЕЭС подмочили водохранилища - все они, сколько их есть в России, числятся за энергетиками, даже если их сооружали для других Прочая промышленность целей (как, например, каскад водохранилищ к западу и северо-западу от Москвы, созданный для водоснабжения столицы). Значит, согласно методике расчета рейтингов, на них ложится и вся ответственность за сгинувшие в пучине рукотворных «морей» ценнейшие пойменные земли. Этот вклад в суммарный рейтинг не компенсировать ничем, хоть наизнанку вывернись. Уменьшить же это бремя (скажем, демонтировав плотины Волжского каскада) не в компетенции руководства РАО ЕЭС.

Лидерство энергетики обнажает еще одну проблему. Скажем, внутри цветной металлургии алюминиевые заводы смотрятся просто снегурочками: алюминий не токсичен, и после вполне скромной модернизации его производство может быть достаточно чистым. Чем и воспользовался в свое время «Русал», не первый год созда ющий себе на внешних рынках репутацию экологически ответственной российской компании. И это нельзя назвать показухой — компания действительно многого добилась. Но выплавка алюминия невозможна без огромных затрат электроэнергии - следовательно, «чистое» алюминиевое производство является лишь последним звеном технологической цепочки, в начале которой стоит «грязная» энергетика. То же самое можно сказать об МПС и некоторых других компаниях. Да и обо всей российской экономике в целом: нетрудно заметить, что рейтинги выше единицы имеют отрасли и компании, чьей продукцией являются металлы, энергоносители, электричество, алмазы. А почетные последние места в отраслевом зачете - у строительства и машиностроения, а в корпоративном - у ВАЗа и ГАЗа. Можно, конечно, улыбнуться результатам тольяттинцев и вспомнить детский стишок о том, что «только бездельник не пахнет никак». Но в целом тенденция очевидна: вычислять рейтинги без учета межотраслевых технологических цепочек все равно что считать по отдельности «загрязняющее воздействие» лица и задницы.

Впрочем, авторы проекта вовсе не рассматривают его как обвинительный акт или разоблачение врагов природы. «Наши результаты это не хит-парад самых грязных компаний, а рейтинг российских экономических лидеров», говорит администратор BioDat Александр Мартынов. Он считает, что по-настоящему информативными они будут только через несколько лет, когда станут видны тенденции кто снижает свои экологические издержки, кто, напротив, повышает. А идеальной он считал бы ситуацию, когда компании сами, не дожидаясь неповоротливого Госкомстата (нынешние рейтинги рассчитаны на основании статистических данных за 2000 год, сейчас в работе результаты 2001 года), публиковали бы экологические показатели своей деятельности. И надеется, что данный проект приближает эти времена.

Вот только подкрепить эту надежду пока нечем. На презентации доклада не было представителей ни одной из упомянутых в нем корпораций хотя приглашения получили все. Никаких заявлений не было и позже. Прессслужбы «российских экономических лидеров» либо хранят гордое молчание, либо объясняют происходящее происками конкурентов.