Когда спит сова?

Мой друг Сергей, недавно купивший квартиру в Люблино, стал выбирать школу для своего шестилетнего сына Тимура еще прошлой осенью. Требования к будущей школе он, как и всякий передовой родитель, предъявлял немалые: чтобы давала хорошее образование, чтобы сыну там было уютно, чтобы дурно воспитанных сверстников было как можно меньше. Проще говоря, нужна была элитная государственная школа (частному образованию Сергей не доверяет), где учатся дети из интеллигентных семей, желательно поближе к дому. Молодой отец был готов выкладывать за обучение ребенка тысячудругую рублей в месяц или официально оказывать спонСорскую помощь (в Москве это не возбраняется).

За пару месяцев Сергей обошел добрый десяток окрестных школ. Те, где советовали прийти весной, - дескать, места в первых классах все равно будут, - производили гнетущее впечатление. В одной школе Сергея едва не сбил с ног поток старшеклассников, хлынувший после звонка в направлении школьной столовой. А в другой, где он стал расспрашивать учеников, те ему прямо сказали: «Вы к нам сына не отдавайте. У нас школа плохая».

Московская городская Люблинская гимназия, куда затем отправился Сергей, считается хорошей школой (ученики получают здесь одну из пяти специализаций литературно-историческую, биолого-химическую и др., с первого класса изучается английский язык, с шестого немецкий или французский). Однако охранник не пустил Сергея даже на порог, заявив, что набор в первые классы на будущий год уже закончен (дело, заметим, было в октябре!). На следующий день настырный отец все же пробился к завучу и получил тот же ответ. Но когда Сергей сказал, что немного знаком с директором гимназии – известным столичным педагогом Анатолием Фридманом, завуч смягчилась: «Тогда он, может быть, пойдет вам навстречу. У нас ведь директор все решает». Сергей, однако, с директором разговаривать не стал, решив, что в откровенно «блатной» школе ребенку не место.

Более благосклонной оказалась администрация лицея № 1524, известного на всю страну своей работой с одаренными детьми (побродив по лицейским коридорам, Сергей сделал вывод, что у всех учеников на редкость умные лица). Ребенка предложили записать на подготовительные курсы за 800 рублей в месяц, что Сергей и сделал. На эти курсы набрали 30 человек, хотя в первый класс возьмут только 14 детей по результатам собеседования (в котором примут участие и те, кто на курсах не учился). И учителя лицея, и директор ясно дали понять, что никакой «спонсорской помощи» школа от родителей не ждет. Если ребенок понравится учителям и психологам лицея, его зачислят. Правда, сообщат о решении ближе к лету.

Мы с Сергеем ждем Тимура в холле лицея. На стенДе висит расписание занятий «подготовишек» (два раза в неделю по три урока), в котором есть математика, риторика, английский язык и даже шахматы. Без пятнадцати пять из класса выбегают малыши, а вслед за ними выходит учительница словесности, которая тут же охотно раздает рекомендации обступившим ее родителям. «Вам дома стихи учить наизусть. «Хлоп по пузу кулаком» - это все, что ваш сын может рассказать... Я поняла, что дома вы только играете машинки, солдатики, компьютерные игры... Нужно больше читать хорошей литературы. Если ребенка не интересует чтение, это настораживает». Из толпы родителей: «Он у меня Гарри Поттера читает». Учительница: «Это не образец. Возьмите лучше Волкова или Носова».

У Тимура дела идут неплохо, хотя на вопросы учительницы он порой не может ответить. Мне он охотно рассказывает, о чем с ним говорили на «промежуточных» собеседованиях. «Учительница спросила, когда спит сова, а я сказал, что днем, -лопочет мальчик. - А потом спро сила, чем опушка леса отличается от полянки. И я не знал, что ответить». Были задачки и посложнее. Например: сколько времени уйдет на то, чтобы распилить бревно на пять частей, если одну часть можно отпилить за час.

(Тимур не сумел сразу дать правильный ответ - четыре часа. Потом, подумав, догадался.) Но вообще собеседования мальчика не пугают, тем более что задачки на сообразительность чередуются с простыми вопросами о семье, квартире или домашних Животных.

Придя домой, Тимур достает из рюкзака прописи, учебник математики для первого класса (автор Л. Г. Петерсон) и тут же садится за домашние задания: выводит в тетрадях слова, цифры и узоры. «Ходить в школу» (то есть на курсы) ему гораздо интереснее, чем в детский сад. «Если плохо будешь себя вести, в школу не пойдешь!» - так Сергей говорит, когда от сына нужно добиться послушания, а для Тимура это самая страшная угроза.

Правда, гарантии поступления в лицей никто не дает, и Сергей на всякий случай подыскал «запасной вариант». Принять его сына в первый класс обещала школа в Печатниках, которую он сам окончил пятнадцать лет назад.

Р.Ѕ. На вопрос корреспондента «Журнала», имеет ли право лицей № 1524 устраивать конкурсный отбор в первый класс, начальник управления Московского комитета образования Ольга Держицкая сообщила, что этот лицей - исключение из правил, поскольку работает только с одаренными детьми, и вступительные испытания здесь разрешены. Еще одно исключение - учебновоспитательный комплекс №1624 «Созвездие», где также учатся одаренные дети. Б.С.