Штыки для демократии

Восстановление мирной жизни в Афганистане началось с формирования армии

Международные войска не должны задерживаться в Афганистане надолго, заявил недавно глава переходного афганского правительства Хамид Карзай.

- Нашу страну, ее границы и правительство должна защищать собственная армия». Ее формирование уже началось: сегодня под началом «переходного» министра обороны Мохаммада Фахима служат примерно 15 тысяч человек, но в скором времени их число ДОЛЖ но увеличиться до 200-250 тысяч. Последние несколько лет страна жила без регулярных вооруженных сил - когда к власти пришли талибы, они распустили армию. Отрядами движения «Талибан» командовали не профессиональные военные, а муллы - духовный лидер талибов одноглазый мулла Омар не доверял офицерству. Омар считал, что афганская военная элита слишком заражена «идеями неверных» и принесла стране только вред, и, строго говоря, имел на то основания (см. «Академия военных переворотов»). Но как только режим талибов пал, новые власти тут же стали восстанавливать национальные вооруженные силы Деньги на их формирование Афганистан рассчитывает получить из-за границы: своих средств у нового афганского правительства попросту нет. Готовность помочь в создании афганских вооруженных сил уже выразил Вашингтон. Командующий Международными силами по поддержанию мира в Афганистане (ИСАФ) британский генерал Джон Маккол заявил, что подготовит для Кабула «идеи для создания структур безопасности». А на прошлой неделе генерал Мохаммад Фахим посетил Москву, где договорился о поставках запчастей к старой советской военной технике, которая досталась новой афганской армии в наследство от просоветского режима.

Кабулу сегодня без собственных вооруженных сил не обойтись: пятитысячный международный контингент, сформированный по реше нию ООН главным образом из солдат европейских стран, вряд ли сможет обеспечить порядок в Афганистане. Но численность армии, которую собирается создать Карзай, все же вызывает у многих удивление она существенно больше, чем насчитывает, например, армия Великобри тании. По данным британской газеты «Дейли телеграф», генерал Маккол даже пригласил афганского министра обороны Мохаммада Фахима посетить британские военные базы, чтобы тот сам убедился, насколько небольшая, но профессиональная армия эффективнее многочис ленного ополчения.

Тем не менее набор в афганские правительственные войска идет полным ходом: в конце января Кабул объявил о призыве более шести тысяч новобранцев - по 200 человек от каж дой из 33 провинций страны, и такие призывы теперь станут регулярными.

Политика из казармы В Кабуле говорят о том, что афганской власти требуются солдаты для разоружения боевиков. Но вряд ли борьба с разрозненными отрядами боевиков оправдывает создание одной из са мых больших армий в регионе. Главная причина, очевидно, в другом: общенациональные во оруженные силы должны помочь переходному правительству, и прежде всего его лидеру Хамиду Карзаю, ослабить влияние своих «союзников» по антиталибской коалиции. Ее костяк составляют бойцы так называемого Северного альянса, в большинстве своем этнические таджики. Их лидер Мохаммад Фахим, сменивший погибшего Ахмад Шаха Масуда, стал министром обороны. Пуштун Хамид Карзай мечтает «разбавить» этот не подотчетный ему контингент, для этого и нужен призыв новобранцев, поровну от каждой провинции.

Армия в Афганистане всегда воспринималась как символ единства в стране, расколотой на нации, племена и роды, военные считали себя объединяющей силой. При этом с внешним врагом афганская армия ни разу не воевала: с британцами сражалось племенное ополчение, а когда в страну вошли советские войска, то часть офицеров перешли на сторону прокоммунистической власти, другие влились в партизанские отряды моджахедов. По образному выражению одного британского востоковеда, армия превратилась «во всеафганскую политическую кухню, где выпекалась и внутренняя, и внешняя политика государства».

Сегодняшние лидеры Афганистана тоже отдают себе отчет в том, что политика здесь де лается в казарме. Очевидно, что массовый набор в вооруженные силы используется в том числе и для того, чтобы трудоустроить «своих». Согласно подписанным в прошлом году решениям Боннской конференции по Афганистану, никто из членов нынешнего переходного правительства не может претендовать на должности в постоянном правительстве, которое должно быть создано по решению Лойя-Джирги - собрания представителей племен и народов. А потому каждый из «переходных» лидеров стремится обеспечить себе политическое будущее, передавая ключевые посты в армии и на местах своим сторонникам. Многие такие «кадровые решения» уже вызвали недовольство в стране на юге, в Кандагаре, и на севере, в Мазари-Шарифе, между «победителями талибов» уже произошли столкновения.

Несмотря на эти тревожные признаки, Запад начал укреплять свое влияние в Афганистане с развития военно-технического сотрудничества. Старается не отстать и Россия.

Старая техника на новый лад Военное «сотрудничество» между Москвой и Кабулом началось с 1919 года, когда эмир Аманулла-хан провозгласил полную независимость Афганистана (до этого Британия пыталась под угрозой войны запретить Кабулу проводить собственную внешнюю политику). РСФСР тут же признала Афганистан и предложила Кабулу безвозмездную помощь: пять тысяч винтовок и несколько самолетов. В ответ Афганистан стал первым государством, признавшим Советскую Россию.

После Второй мировой войны СССР включил Афганистан в сферу своих интересов. Чтобы окончательно закрепиться здесь, в декабре 1979 года Москва ввела в Афганистан свои войска. В стране началась кровавая гражданская война, закончившаяся крахом промосковского режима. начале 90-х годов Москва, казалось, окончательно потеряла Афганистан. Лишь в последнее вре

мя, после падения правительства талибов, российские дипломаты вновь вернулись в Кабул.

Россия пока не торопится пополнить список стран-доноров, переводящих средства на восстановление Афганистана, но военное сотрудничество с новым кабульским режимом уже восстановила. Во время визита в Москву министра обороны Афганистана Мохаммада Фахима на прошлой неделе было объявлено, что Москва будет поставлять Кабулу запчасти к старой советской технике. Кремль давно поддерживал Северный альянс оружием, теперь же объемы российских поставок значительно возрастут. На первый взгляд для России это весьма выгодное предложение на полигонах за Уралом скопилось огромное количество старой советской военной техники: она была выведена туда после 1990 года в соответствии с Договором об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ) и благополучно ржавела. Российской армии она не нужна, а ее хранение или утилизация требуют средств.

Непонятно, однако, как Кабул намерен расплачиваться - коммерческие условия поставок пока окутаны тайной. Министр обороны Сергей Иванов лишь сообщил, что военно-техническое сотрудничество будет вестись «не в ущерб интересам двух стран». Маловероятно, что на закупки российского оружия пойдут деньги, выделенные Афганистану западными инвесторами. Некоторые предполагают, что Кабул будет расплачиваться сырьем, например изумрудами, которыми богата эта страна.

Москва пока удержалась от того, чтобы принять непосредственное участие в формировании армии для Кабула. Накануне визита Фахима в Москве опять заговорили о необходи мости восстановить российское влияние на южных рубежах СНГ. Однако на совместной пресс-конференции с афганским министром обороны Сергей Иванов заявил, что Москва не намерена отправлять туда своих военных советников. Тем более что опыт взаимодействия афганских и советских частей уже был: в годы гражданской войны в Афганистане советские инструкторы каждый вечер засыпали с мыслью, что ночью их могут прикончить их же собственные подопечные.

Как бы то ни было, сотрудничество Москвы и Кабула возобновилось традиционным обра зом. В конце концов дипломатические отноше ния между Афганистаном и Советской Россией начались в свое время с поставок пяти тысяч винтовок эмиру Аманулле-хану.