Чат и меч

«А в этом Зеркале, Фродо, ты увидишь свое будущее», сказала Владычица Галадриэль, и на темной поверхности вспыхнули титры: Lord of the Rings. Part ... Этим анекдотом российское сообщество толкинистов приветствовало выход на экраны киноверсии своего Священного писания. Впрочем, сочинения Толкина в этой среде воспринимаются весьма своеобразно. Среди толкинистов попадаются и такие они, конечно, составляют исключение, - кто сочинений Толкина вовсе не читал. Но и про большинство читавших можно утверждать, что их Мировоззрение никак не соответствует духу книг Профессора. Эпопея, в которой мечи и магия - только антураж, а смысл составляют проблемы долга, ответственности, личного выбора, природы зла и ограниченных возможностей силы, стала предметом культа для эскапистов, пофигистов и любителей помахать мечом.

Трудно понять, почему именно толкиновские образы и сюжеты оказались на рубеже 80-90-х центром кристаллизации своеобразной субкультуры костюмированных ролевых игр. Первые «Хоббитские игрища» (сокращенно ХИ, эта аббревиатура развилась затем в жаргонное словечко «хишки») прошли в 1990 году под Красноярском, а уже года через три страна покрылась целой сетью клубов. Молодая субкультура втянула в себя немало народу из других движений: военно-исторических клубов, клубов любителей фантастики, КСП и т. д. Особенно велик был вклад - и численный, и идейный - поздних хиппи, приписавших толкиновским эльфам собственную отстраненность от мира и на этом основании отождествивших себя с ними. Впрочем, на играх тон задают обычно не они, а «маньяки» знатоки и поклонники холодного оружия и фехтовальных поединков. Именно это крыло связывает толкинистов с более широким движением «ролевиков» - хотя и там, и там находятся люди, не признающие этого родства.

Помимо игр в самодельных доспехах на свежем воздухе, у толкинистов есть и другая форма проявления активности словесное Творчество «по мотивам Толкина». Их среда породи ла огромное количество песен, стихов, пьес, анекдотов (вроде приведенного выше), рассказов, романов, литературоведческих статей и просто болтовни в тематических чатах. Это «индуциро ванное творчество» нередко весьма остроумно, иногда отмечено явным талантом, но заметить то и другое может лишь читатель, неплохо помнящий текст Толкина. Живут такие сочинения в основном в Сети и в самиздате, но кое-что можно найТи и в книжных магазинах.

Правда, это очень специфическая часть подобной словесности толстые романы, эпиграфом к которым мож но было бы поставить фразу из Толкинистского анекдота: «Врет Профессор, не так все было!» Авторы этих текс тов, будучи не в силах ни примириться с ценностным полем книг Толкина, ни выйти из-под их художест венной магии, тщатся переписать историю Средиземья по-своему.

Многие полагают, что толкинисты бегут в свою игру от реального мира, где они обречены оставаться маргиналами и неудачниками. Таких персонажей, живущих от игры до игры, сре ди «ролевиков» действитель но хватает, однако немало и других: адекватных, неплохо обеспеченных, состоявшихся профессионально и соци ально. Б. Ж.