С парохода современности

Парадоксальная ситуация, поразительно точно отображающая отношение читательской аудитории к современной литературе, сложилась на церемонии вручения премии «Национальный бестселлер». Напомню, в этом году шорт-лист премии состоял из шести произведений, которые можно поделить на две основные категории: профессиональная, «настоящая» литература («Бессмертный» Ольги Славниковой, «Карагандинские девятины» Олега Павлова и «Дайте мне обезьяну» Сергея Носова) и то, что проходит скорее по классу литературной экзотики нежели собственно высокой прозы («Господин Гексоген» Александра Проханова и два текста никому не известных молодых авторов – «Дай мне!» Ирины Денежкиной и «Синдром Фрица» Дмитрия Бортникова). Жюри, в котором преобладали читатели (на трех литераторов приходилось четыре человека, к литературе отношения не имеющих), должно было определить, какое из представленных на их суд сочинений наиболее перспективно в коммерческом плане.

Во время увлекательной процедуры публичного голосования (члены малого жюри «Национального бестселлера» делают свой выбор в открытую и без предварительного обсуждения) страсти разгорелись всерьез. За исключением Леонида Юзефовича, отдавшего свой голос роману Сергея Носова, литературных профи не пожелал поддержать никто. Основная же борьба, ко всеобщему изумлению, разгорелась между Александром Прохановым и Ириной Денежкиной, получившими по два голоса.

Удивительно: единственным текстом, который смог составить конкуренцию демоническому обаянию прохановского «Гексогена», оказалась юношески-неумелая и трогательная проза двадцатилетней девочки из Екатеринбурга, посвященная вечным проблемам типа «любит - не любит», «хочет не хочет». И хотя председатель жюри банкир Владимир Коган в последний момент все-таки отдал премию «Гексогену», у большинства присутствующих сложилось впечатление, что в этом году лауреатов у «Нацбеста» сразу двое.

Примечательно, что жюри сделало практически однозначный выбор не в пользу профессиональной или, если можно так выразиться, чистой литературы. Признав тем самым, что просто «хорошая книга» в наши дни имеет мало шансов на массовый успех. По мнению членов жюри, потенциальный бестселлер сегодня непременно должен обладать какой-то дополнительной изюминкой: политической одиозностью, как у Проханова, или подростковой угловатостью, как у Денежкиной.

Можно сколько угодно причитать, что подобные тенденции свидетельствуют о скором конце художественной прозы как таковой. Сколь угодно долго можно перечислять бесспорные достоинства книг Славниковой или Павлова, противопоставляя их зрелое мастерство дилетантизму Денежкиной и дурновкусию Проханова. Можно, но какой смысл? Очевидно, что читатель досыта наелся культурной, качественной прозой, немыслимый расцвет которой мы наблюдаем в течение последних десяти лет, и хочет чего-то более натурального - более «мясного», как выразился один из членов жюри – проголосовавший за Денежкину лидер группы «Ленинград» Сергей Шнуров. Книга, не отсылающая к чему-то, лежащему вне литературных рамок, сегодня кажется пресной. Причем не так уж важно, к чему именно: годится и политика (даже такая фантасмагорическая, как у Проханова), и жизнь городских тинейджеров, и быт русских маргиналов в Лондоне, и суровые наркоманские будни. Об этом говорит скороспелая слава позапрошлогоднего наркоманского романа Баяна Ширянова «Низший пилотаж», присуждение премии «Дебют» скандальному роману Сакина и Тетерского «Больше Бена», устойчивая мода на Лимонова, нынешний бум вокруг «Гексогена» и потенциальный успех Денежкиной. Та же тенденция, которая два года назад вознесла на вершину музыкального Олимпа Земфиру с ее безыскусной разговорной интонацией, словно бы вырванной из реальной жизни, добралась и до литературы.

Если считать, что решение жюри «Национального бестселлера» адекватно отображает сегодняшнюю литературную ситуацию, следует признать: хороший вкус, литературный профессионализм и изощренную изобретательность в очередной раз поволокли сбрасывать с парохода современности. На их место приходят новая полупублицистическая интонация и мода на рассказы-репортажи и романы-памфлеты. Горевать по этому поводу глупо: слава богу, не впервой. Бывало и хуже.