Святилища империй

Новый тип исторического музея строится не на восхищении победителями, а на сострадании к жертвам

Когда-то услужливые придворные хронисты возводили родословные своих государей к римским цезарям. Прошли века, и потребовалось другое - родословные народов и государств, но опять-таки чем древнее, тем лучше. Хранилищами героического прошлого стали музеи, а дефицит его (если он ощущался) - проблемой государственной важности. С в я т и л и щ а и м п е р и й N a m e : t e x t , d t y p e : o b j e c t Начало, как водится, положили британцы. В 1753 году сэр Ханс Слоан завещал британской короне коллекцию изразцов, собранную еще в конце XVII века и помещавшуюся в Оксфордском университете. Так возник Британский музей - первый из европейских музеев, открытый для широкой публики. История музея неотделима от истории британского колониализма экспонаты сюда везли со всего света. И фриз Парфенона, и Розеттский камень с надписями, по которым Франсуа Шампольон расшифровал египетские иероглифы, переселились в Лондон, чтобы свидетельствовать: центр мировой циви лизации находится на Британских островах.

Французы отстали от британцев всего на несколько десятилетий. Однако их «дворец прошлого» стал не столько памятником имперского могущества, сколько выражением тоски по утраченной империи и стремления ее возродить. В 1841 году произошло то, что Лермонтов назвал «последним новосельем» Наполеона: привезенная с острова Святой Елены урна с прахом императора была погребена в парижском Доме инвалидов. Госпиталь для солдат, возведенный еще при Людовике XIV, превратился в грандиозный музей боевой славы и одновременно - в храм наполеоновского культа. Соседям-немцам, у которых не было не только заморских колоний, но