Эволюция стиля

Передовица

Тема диплома, который я защищала летом 1984 года на факультете журналистики ЛГУ, звучала внушительно: «Эволюция композиционно-стилистических особенностей передовой статьи газеты «Правда» с 1982 по 1984 год». Не все и не сразу соображали, о чем, собственно, идет речь. Но когда я начинала перечислять - Брежнев, Андропов... меня тут же перебивали: «А, понятно». В общем, к генеральным секретарям, помиравшим в этот период, она имела самое прямое отношение.

Еще весной 1982 года я написала на кафедре стилистики небольшую курсовую по правдинской передовице. Мой преподаватель тогда сказал: «А если над ней поработать, интересная дипломная работа получится!» Я отнеслась к словам как к шутке, но через пару месяцев после смерти незабвенного «Лёника» тот же преподаватель, встретив меня в коридоре, поинтересовался: «В «Правду» не заглядывали?» Я заглянула. И сразу успокоилась: как минимум вторая глава диплома у меня была готова.

Дело в том, что передовица брежневской «Правды» напоминала кусок асфальта алмазной огранки - нечто безнадежно серое и вязкое, но идеально выстроенное и структурированное. Выглядела она так: вводная часть (абзац, назывные предложения), позитив (определения в превосходной степени), критика (неопределенно-личные местоимения и глаголы с частицей «не»), директива (модальные глаголы) в два-три абзаца и один абзац заключения (лозунги, призывы, назывные предложения). Всё.

Андроповская эпоха внесла в этот упорядоченный бред свою интонацию: вводная часть свелась к одному предложению, позитив и критика слились в один абзац, превосходная степень исчезла. Дальше сплошная директива, которая, как свинчатка в ногайке, закручивалась какой-нибудь хлесткой фразой. Лексика только усугубляла ощущение погонялова по нарастающей: легкие вкрапления модальных глаголов и повелительных наклонений сливались к концу в сплошной вихрь «надо», «следует», «должны», «нужно», «необходимо», «сделать», «добиться», «взять», фас, фас, фас... Назывались конкретные виновники хозяйства, руководители. Такая вот смена вех.

Я успокоилась, но к середине пятого курса начала паниковать: пора заявлять тему диплома, а у меня только две главы. Я всем жаловалась на свою несчастливую долю. Наступил февраль 1984 года. И вот стою я в факультетском фойе и вместе со всеми наблюдаю по телевизору похороны Андропова. Вдруг кто-то из моих однокурсников съязвил: «Шкуренок, это твоя работа? Тебе ведь не хватало главы для диплома!» Не хватало, это точно. И партия мне ее обеспечила. Черненковские черты проникли на первую полосу «Правды» сразу же: вернулась брежневская структура, но остались андроповские указания на конкретНЫХ ВИНОВных. Текст заметно оживился: прямая речь, диалоги (сознательного рабочего с несознательным), имитация разговора с читателем. В общем, моя работа приобрела законченный стройный вид. Но я все равно трусила, тем более ЧТО ОТЗЫВЫ оппонентов были однозначно отрицательные: мне заявили, что работа никуда не годится, потому что в ней меньше страниц, чем положено. Защищалась я последней - B самый последний день последняя в списке. Помню, что рассказывала о своей работе каким-то воронам на подоконнике не могла заставить себя смотреть в аудиторию ИЛИ В ЛИца членов комиссии. И даже на вопрос нового декана (месяца за два до этого нам назначили бывшего заместителя главного редактора «Ленинградской правды»): а с чем я связываю такие изменения в передовой статье? - я ответила, безнадежНО ГЛЯДЯ в окно, что связываю их со сменой в высшем руководстве партии. Пока комиссия совещалась, нас выставили в коридор. Однокурсники мне сочувствовали. Потом нас пригласили на оглашение, я притаилась в самом конце аудитории. Новый декан дошел до моей фамилии и... я не ослышалась: «Четыре, но только потому, что есть формальная недоработка - недостаточное количество страниц. Есть предложение отправить вашу работу в редакцию «Правды» - пусть посмотрят на себя со стороны!» С тех пор я ни разу не брала в руки «Правду». Но на факультете, куда я недавно зашла, мне посоветовали писать кандидатскую. Тревожно. Заполните нашу анкету.

Только на выставочном стенде