Во банк!

Кризис 1998 года позади. Экономика России три года кряду растет, растут и доходы населения. В этих условиях вопрос, кому доверить свои сбережения, перестал быть праздным

Большинство наших сограждан до сих пор предпочитают хранить свои доллары гденибудь под матрацем. Увы, даже доллары подвержены инфляции. Кроме того, когда сумма достигает определенной величины, хранить ее дома становится просто небезопасно. К фондовому рынку у большинства населения отношение по меньшей мере настороженное - разбираться во всевозможных акциях, облигациях, векселях и прочих «доходных бу магах» после скандалов с финансовыми пира мидами и дефолта 1998 года особого желания не возникает. Поэтому, если хочешь защитить свои деньги от инфляции, (а жилище от грабителей), ничего не остается как нести их в банк.

И тут выясняется, что российская банковская система монополизирована гораздо сильнее, чем вся остальная экономика. Доля Сбербанка, унаследовавшего еще с советских времен разветвленную сеть филиалов, стабильно превышает три четверти всех вкладов населения, несмотря на очереди и невысокое качество сервиса. Даже невзирая на низкие ставки. Все эти недостатки в значительной степени компенсируются тем, что Сбербанк - одно из немногих российских кредитных учреждений, у дверей которого три с половиной года назад не собирались толпы обманутых вкладчиков. Рублевые вклады тогда, конечно, обесценились и в Сбербанке, но виновата в том была девальвация национальной валюты. Коммерческие банки после кризиса уже успели прийти в себя и снова готовы бороться со Сбербанком за клиентов, предлагая массу дополнительных услуг - от управления счетом через Интернет или по телефону до торговли ценными бумаги по поручению клиента. Главная проблема коммерческих банков в том, что их слишком много и большинСТВО ИЗ НИХ имеют слишком маленькие активы.

Разговоры о необходимости реформы банковской системы, в том числе о разрушении монополии Сбербанка и укрупнении коммерческих банков, ведутся давно. И даже некоторые шаги в этом направлении были предпри няты. Например, иностранным банкам в прошлом году разрешили не только регистриро вать в России свои «дочки», но и открывать филиалы. Это может стать первым шагом к разру

шению монополии Сбербанка. Уже сегодня для тех, кто с преувеличенным вниманием относится к надежности своей «кубышки», иностранные банки являются, пожалуй, единственным спасением.

Не цифрой единой В конце января Международная конфедерация обществ потребителей (КонфОП) задалась вопросом, нужны ли иностранным банкам российские вкладчики. С этой целью в России было проведено исследование условий приема депозитов физических лиц в банках со 100-процентным иностранным участием. Выяснилось, что из 20 иностранных банков, которые имеют право работать с частными лицами, пользуются этим правом только девять.

Оценивались информационная открытость и организация работы с частными вкладчиками, а также степень гибкости предлагаемых услуг и необходимость нести дополнительные расходы при открытии вклада. Но в качестве основного критерия была выбрана величина предлагаемых процентных ставок.

Результаты многих удивили. У исследователей получилось, что из девяти рассмотренных банков по степени привлекательности вкладов на первом месте стоит международный КМБбанк, а на втором и третьем - турецкие Гарантибанк и Финанс-банк. Они даже оттеснили австрийский Райффайзенбанк и Банк Австрия КреДитанштальт на шестое и седьмое места. Между тем большой вопрос, сумела ли финансовая система Турции преодолеть недавний кризис, затронувший все сферы экономики. В любом случае по надежности турецкие банки сравнимы скорее с российскими, чем с ведущими банками развитых стран или с входящим в «мировую двадцатку» Банком Китая (Bank of China).

Все дело в том, что, выбрав основным критерием оценки величину процентных ставок, представители КонфОП не учли такого важного фактора, как надежность учредителей банка. А ведь, наученные горьким опытом, многие вкладчики руководствуются сегодня прежде всего надежностью и финансовой устойчивостью учреждения, которому они доверяют свои деньги, а вовсе не потенциальной прибылью от операций. На пресс-конференции, посвященной презентации результатов исследования, представители КонфОП затруднились назвать учредителей КМБ-банка (Банк кредитования малого бизнеса), заняв шего первое место. Между тем его акционерами являются Европейский банк реконструкции и развития и американский Фонд экономического развития Сороса, которым принадлежит по 35% акций. Остальными 30% владеют Немецкое общество инвестиций и развития госкомпания со штаб-квартирой в Кельне (22%) - и голландский фонд «Штихтинг Триодос-Дун» (8%). Получилось же, что банк, имеющий столь солидных хозяев, оказался на первом месте только благодаря высоким ставкам и вежливости персонала.

Не совсем обоснованным представляется и главный вывод о низкой заинтересованности иностранных банков в привлечении российских клиентов, прозвучавший на той же пресс-конференции из уст исполнительного вице-прези дента КонфОП Дмитрия Янина. Основывались эти заключения на том, что ставки по депозитам у них в основном ниже, чем в российских коммерческих банках, а минимальные суммы для открытия депозитов значительно выше. Но можно прийти к диаметрально противополож ным выводам, если опять же обратиться к дру гим показателям. Так, за первые 6 месяцев прошлого года объем депозитов Сбербанка вырос на 8,6%, в то время как у лидера по работе физическими лицами среди банков со 100процентным иностранным участием Райффайзенбанка (по данным журнала «Эксперт», этот банк по объемам депозитов опережает другие иностранные банки, работающие в России) - тот же показатель вырос на 15,1%. Почти двукратная разница не в пользу российского монополиста.

Опровергает вывод КонфОП о равноду шии иностранных банков к деньгам российских граждан и выросшая с конца 1998 года почти втрое (с 0,5% до 1,4% ) их доля на этом рынке.

Тем не менее, несмотря на спорные выводы, исследование имеет большую ценность, поскольку предоставляет множество подробнос тей о деятельности иностранных дочерних банков в России.

Выбор небогат Если исходить из финансовой стабильности страны происхождения, окажется, что работающих с частными лицами иностранных банков в России действительно не так много. Это КМБбанк, об акционерах которого уже было сказано, австрийский Райффайзенбанк, китайский Элос-банк («дочка» Bank of China), японский «Мичиноку» и потерявший свой брэнд после слияния с Московским международным банком Банк Австрия Кредитанштальт. Причем если тезис о незаинтересованности в российских вкладчиках и справедлив, то относится он прежде всего к азиатским банкам. В «Мичиноку», например, отсутствует операционный зал, и, как следует из пресс-релиза КонфОП, всю информацию предоставляет девушка за стой кой, «которая была крайне удивлена и даже немного испугана» вопросами «исследователей». Учитывая полное отсутствие рекламы и выплаты в размере % по всем видам депозитов, можно сделать вывод, что работа с физическими лицами действительно не является Приоритетом банка. Это и неудивительно, поскольку в Японии процентные ставки одни из самых низких в мире, как кредитные, так и депозитные. Поэтому японским банкам гораздо Выгоднее размещать у нас деньги, а не при влекать. В Элос-банке проценты повыше, однако, по всей вероятности, он ориентируется скорее на обслуживание местной китайской диаспоры. Об этом свидетельствует хотя бы то, что буклет, где указаны выплачиваемые в последнее время проценты, существует только на китайском языке. Русский вариант есть, однако он содержит устаревшую информацию, поэтому желающему открыть счет приходится сначала сопоставить оба варианта, чтобы понять что к чему.

Оставшиеся КМБ-банк, Райффайзен и Австрия Кредитанштальт отличают высокий уровень сервиса, подробная и внятная информация, что свидетельствует о том, что они пришли на этот рынок не на один день. Однако сходство на этом кончается. КМБ на первый взгляд мало чем отличается от рядового российского коммерческого банка низкие требования к минимальной сумме вклада, величина процентных ставок примерно соответствует средней для российских банков Наконец, название, в котором ничто не указывает на иностранную принадлежность.

Райффайзенбанк, напротив, не стремится играть «на понижение» ради максимального количества клиентов. Ставки в банке на уровне европейских, то есть значительно ниже, чем обычно в России; к клиентам предъявляются высокие требования. Помимо высоких минимальных депозитов (5000 долларов или евро) для открытия счета могут попросить рекомендательное письмо с места работы. Подобная «разборчивость» экономически оправданнаевропейский уровень сервиса проще и дешев ле организовать для одного клиента с 5000, чем для пятидесяти, которые принесут в банк по сто долларов. Как это ни парадоксально, но пока подобный подход является конкурентным преимуществом. Даже то, что в отличие от Райффайзена, помимо Москвы и Санкт-Петербурга, КМБ открыл филиалы в Нижнем Новгороде, Самаре, Омске и Новосибирске, не меняет дела депозитный портфель Райффайзена гораздо больше, чем у КМБ. Звучит гордо Немаловажный фактор, на который обращают внимание российские вкладчики при выборе банка, - иностранное название. Об этом свиде тельствует тот факт, что накануне слияния банка Австрия Кредитанштальт и Московского Международного банка темпы роста депозитов в первом сильно замедлились, в то время как у его прямого конкурента Райффайзенбанка без каких бы то ни было видимых причин выросли. Далее, Райффайзенбанк входит в первую десятку банков по объему депозитов, привлеченных от физических лиц в России, а КМБбанк не входит и в тридцатку. Это и неудивительно: аббревиатура КМБ, расшифровывающаяся как «кредитование малого бизнеса», никак не свидетельствует об иностранном участии, а учредители банка, как уже писалось, неизвестны даже специалистам. Мало кому взбредет в голову кредитовать малый бизнес в России, а с Райффайзенбанк Австрия все понятно. Кроме того, высокий порог минимального депозита создает некую элитарность, ощущение принадлежности к той прослойке, которая расплачивается не замусоленными купюрами, а кредитной карточкой солидного западного банка. Да и путешествовать с такой картой сподручней - многие еще помнят проблемы, с которыми сталкивались за границей владельцы «кредиток» российских банков в августе 1998 года, попадая подчас в безвыходную ситуацию. Однако при всем этом не следует забывать, что дочерние банки это далеко не то же самое, что филиалы. Принципиальная разница заключается в том, что ни родной австрийский Raiffeisenbank, ни ЕБРР никаких обязательств перед клиентами российских «дочек», случись вдруг очередной кризис, нести не будут. Конечно, скорее всего им помогут, чтобы не потерять лица, однако если «лицо» будет стоить слишком дорого, этого может и не произойти.