Хотели как лучше

Аге́нтство Театрон-Н показало А сцене театра имен ковского две постановки известИ ных режиссеров с отличными актерами и по классическим пьесам.

Владимир Мирзоев со своим имиджем модного парадоксалиста всегда верен себе. Накрутит чего-нибудь эдакого, смешного и вполне бессмысленного - поклонники наслаждаются. Но если с внятными Шекспиром, Ростаном или Тургеневым этот номер проходит, то с Гарольдом Пинтером, близким к абсурдизму, нет. Он сам куда прихотливее Мирзоева.

В пьесе «Любовник» речь идет об утонченной и светской семейной паре. Муж, уходя на работу, обсуждает с женой, придет ли ее любовник, жена говорит с мужем о достоинствах его любовницы, а потом оказывается, что в образе неистового любовника женщину посещает сам муж, а его назойливая любовница - это сама жена. И, соединившись вечером в своих обычных ипостасях, пара продолжает выяснять отношения, начатые с любовниками. Потому что иначе у них ничего не получается.

Это, конечно, очень огрубленный пересказ. Но дело в том, что в элегантном и причудливом действе Мирзоева, очень напоминающем балет, понять, что и с кем происходит, решительно невозможно. Зрители, любящие Сергея Маковецкого и Евгению Симонову, предполагают, что перед ними проходит череда не связанных друг с другом ярких сцен, судя по всему, про совсем разных людей. А что все это кажется совершенно бессмысленным так на то, они считают, Пинтера и называют абсурдистом. Ну что тут скажешь?

Напротив, Юрий Бутусов, герой нового питерского поколения режиссеров и лауреат «Золотой маски», обычно не стремится к запутанности. Но та простота, к которой он свел великую и гомерически смешную пьесу СуховоКобылина «Смерть Тарелкина», это, пожалуй, чересчур. Тут слеДует разъяснить главную антрепризную «фишку» этого спектакля. Дело в том, что самый первый и действительно замечательный спектакль Бутусова «В ожидании Годо» вывел в свет тогдашних выпускников ЛГИТМиКа, которых теперь вся страна знает как звезд милицейских сериалов. Пореченков и Хабенский продолжают считаться в Питере «актерами Бутусова», и вот теперь оба они играют в антрепризной «Смерти Тарелкина» с тремя другими питерскими актерами, тоже известными по сериалам: Андреем Краско, Андреем Зибровым (он был четвертым в том знаменитом «Годо») и Артуром Ваха.

Поначалу все это выглядит просто как придурковатая комедия положений: персонажи бегают, орут, кривляются и бьют друг друга по головам. Пореченков в роли Расплюева убедительно изображает идиота и посылает в зал поклонницам ослепительные улыбки. Хабенский в роли Варравина старается быть коварным и вкрадчивым. Потом становится ясно, что развеселый спектакль поставлен про ужасы милицейского произвола: у нас на глазах допрашиваемых обворовывают, избивают до полусмерти, подвешивают на крюке, пытают, женщину насилуют и так далее. При этом самым смешным оказывается трюк с переодеваниями: зрители покатываются, видя, как Артур Ваха, играющий добрую половину персонажей пьесы, становится то басовитой мужеподобной Людмилушкой, то манерным «голубоватым» помещиком, то Новорусским купцом. При этом шутки Сухово-Кобылина как-то совершенно не звучат, а пошловатая отсебятина смешит зал до колик. В финале поклонницы бегут к сцене с цветами и поцелуями, в упоении выкрикивая: «Хабенский!», «Пореченков!», и в этом гаме ни актеры, ни режиссер уже не могут отличить прежние удачи от нынешнего успеха. ДИНА ГОДЕР Постановка Владимира Машкова Это, пожалуй, лучший коммерческий спектакль из тех, что можно нынче увидеть в Москве. Он сделан по бродвейским законам. Только причудами порядков, принятых в русском репертуарном театре, можно объяснить, что «№ 13» стоит в афише МХАТа. МХАТ имени Чехова, 25 и 26 января Адреса и телефоны смотри на странице 78