Отставка флотских начальников

Наводит на мысль, что владимир путин решил всерьез заняться военной реформой

Внезапный удар по командованию Военно-морского флота, в результате которого были отстранены от должности 14 высших офицеров, включая командующего и начальника штаба Северного флота Вячеслава Попова и Михаила Моцака, а также руководители нескольких управлений Главного штаба ВМФ, был проведен по всем правилам военного искусства. Замысел операции сохранялся в тайне до самого последнего момен та. Бдительность адмиралов удалось успешно усыпить. За неделю до разгрома Владимир Путин выразил благодарность всем участникам подъема «Курска» (а руководил операцией как раз Михаил Моцак). Более того, флотоводцам позволили безмятежно готовиться к празднику приему на Вооружение новой подводной лодки «Гепард». На церемонию в Северодвинск президент обещал прибыть лично. И выполнил обещание. Только праздник для некоторых получился грустным.

Массовые отставки высших военных чинов случались и прежде. Достаточно вспомнить разгром флотского командования Хрущевым в 1955 году, после того как по неясной причине затонул в севастопольской бухте флагман Черноморского флота линкор «Новороссийск». В 1984-м благодаря залетному авантюристу Матиасу Русту Михаил Горбачев освободился от всего руководства Минобороны с маршалом Соколовым во главе. В 1997 году Борис Ельцин уволил министра обороны Игоря Родионова и начальника Генерального штаба Виктора Самсонова прямо на заседании Совета безопасности. Но на сей раз публика и комментаторы бросились обсуждать удивительную форму проведения операции. Оно и понятно - впервые в отечественной истории головы больших военачальников полетели после доклада генерального прокурора.

Однако остается без ответа главный вопрос: зачем Владимир Путин вообще устроил показательную порку и почему именно сейчас? То, что президент вдруг разгневался на адмиралов, заслушав сообщение Владимира Устинова о ходе расследования катастрофы «Курска», всерьез и рассматривать нельзя. Не тот характер. Не Борис Николаевич все-таки. С другой стороны, для того чтобы уволить их за вопиющие нарушения техники безопасности при организации маневров и проведении поисково-спасательных работ, не надо было ждать полтора года. Подъем и обследования погибшего атомохода вряд ли добавили что-либо существенное к уже известным фактам.

В самом деле, командование Северного флота так и не смогло внятно объяснить, почему тревога была объявлена через 12 часов после того, как произошел взрыв в торпедном отсеке «Курска». Этот взрыв зафиксировали сейсмические лаборатории в Норвегии, но почему-то не заметили акустики нескольких десятков боевых кораблей, находившихся в районе учений, в непосредст венной близости от места трагедии.

Наконец, оправдываясь, доказывая, что причиной катастрофы стало столкновение с иностранной подводной лодкой, адмиралы сгоряча нарисовали впечатляю щую картину чудовищного беспорядка, царящего на Северном флоте, самом мощном и, как утверждают, лучшем из российских флотов. Тот же Моцак заявил, что лодку стали искать так поздно, потому что и прежде случалось, что командир субмарины не выходил на связь во время учений. Это происходило, когда он упускал учебную цель и продолжал ее искать, отказываясь признавать неудачу. Выходило так, что лучшие командиры кораблей чуть ли не на всех учениях демонстрировали вопиющий непрофессионализм и нарушали элементарные правила безопасности. А командование флота сквозь пальцы смотрело на все эти безобразия, ставшие повседневной практикой.

То, что адмиралы, мягко выражаясь, не вполне точно информировали президента, тоже не новость. Чего стоят все истории про иностранные буи, будто бы упущенные моряками с крейсера «Петр Великий». Апофеозом вранья была информация о том, что вражеская подлодка, утопившая «Курск», несколько раз выходила на связь под его позывным «Винтик». Адмиралам почему-то даже в голову не при шло, что если это правда, то их следует не просто увольнять, а отдавать под суд. Если чужая подлодка могла внедриться в глубоко секретную сеть радиосвязи и свободно действовать внутри боевых порядков флота несколько часов, каков же тогда уровень боеготовности этого флота?

Доподлинно известно, что адмиралов вызвали весьма жесткую реакцию и в США, и в Великобритании. Лондон и Вашингтон донесли ее до Владимира Путина. А он слушал и терпел, хотя отлично понимал, чего стоят все адмиральские сказки. Только декабря он заявил: «Объективных данных, подтверждающих эту версию (столкновения «Журнал»), несмотря на большой объем проделанной работы, до настоящего времени не получено». Заметим, что среди наказанных адмиралов больше половины отвечали за минно-торпедное вооружение. Похоже, Владимир Путин уже давно знает, от чего погиб «Курск».

По всему выходит, президент, которого давно уже беспокоит состояние дел в Вооруженных силах, долго держал про запас большую компанию очевидно и бесспорно виноватых военных на тот случай, когда понадобится продемонстрировать свою твердость армейскому руководству. Судя по всему, этот момент наступил.

Кровати двигать поздно Год спустя после официального утвержде ния плана реформирования Вооруженных сил Владимир Путин, видимо, начинает понимать, что план этот никуда не годится. Ну нельзя рассчитывать, что положение дел в армии улучшится благодаря тому, что объединены два округа, а из состава Ракетных войск стратегического назначения выведены Космические войска. Выяснилось, что в отсутствие настоящих реформ бессмысленно увеличивать военный бюджет: деньги улетучиваются, а ничего путного не выходит.

И в последние недели Владимир Путин последовательно пытается разобраться с действительно ключевыми проблемами военного строительства. Начал он с системы комплектования Вооруженных сил. 21 ноября он подписал документы, которые должны обеспечить переход к комплектованию Вооруженных сил на контрактной основе. После короткого замешательства руководители военного ведомства попытались выхолостить принятые решения. Только Федеральную программу по переходу к контрактным вооруженным силам они собирались разрабатывать до конца 2004 года. Хитрость не удалась: военных тотчас поставил на место премьер Михаил Касьянов. Проконсультировавшись с Владимиром Путиным, он объявил, что программа должна быть готова через полгода.

Те, кто хочет сохранить призывную систему, твердят, что Россия рискует потерять

«мобилизационные ресурсы». То есть в стране не будет достаточного количества обученных резервистов, которых можно было бы призвать в случае «большой войны». Долгое время их голоса звучали куда громче, чем аргументы сторонников профессиональной армии. Но 27 ноября Путин собрал Совет безопасности для обсуждения мобилизационной готовности. Само заседание прошло в условиях повышенной секретности. Однако о его содержании многое говорит следующий «аппаратный» факт: основной доклад делал не начальник Генерального штаба Анатолий Квашнин, не ответственный за ВПК вице-премьер Илья Клебанов, а Герман Греф.

Тут можно, разумеется, усмотреть простое соблюдение чиновного политеса: формально за мобилизационные мощности отвечает Минэкономразвития. Но нет сомнений, что Греф и раньше не скрывал от Путина истинного положения вещей в Вооруженных силах и своего взгляда на дело. А именно того, что советская мобилизационная система давно разрушена. И если даже допустить, что военкоматам в час «икс» удастся собрать под ружье миллионы, их нечем будет вооружить и не во что одеть. Мобразвертывание давно превратилось в фикцию. И предоставив слово Грефу, Путин предельно ясно дал понять, что ему известно, как обстоят дела в армии. «Очень многое изменилось в экономике страны, в организации ее обороны. Наша экономика перестала быть директивно-плановой, а мобилизационные правила действуют еще со времен царя Гороха. Поэтому очень многое здесь подлежит изменению», заявил Верховный главнокомандующий. При этом следует учесть, что новый внешнеполитический курс Путина делает бессмысленной и саму идею развертывания многомиллионной армии, которая могла бы понадобить ся только в случае войны с Соединенными Штатами и НАТО.

К сведению сомневающихся Еще несколько месяцев назад лишь горстка неправительственных экспертов доказыва ла и делала это без всякой надежды быть услышанной в Кремле, что существуют три важнейших взаимосвязанных блока военной реформы: переход к контрактной армии, отказ от существующей системы мобразвертывания и коренное изменение системы военного образования. Реформа образования должна создать профессиональный сержантский корпус, а также придать подготовке офицеров более гуманитарный характер. Путин увидел важность первых двух проблем. Судя по всему, не за горами обсуждение и третьей. На днях министр обороны Сергей Иванов заявил, что к концу года военное ведомство представит проект преобразований в сфере подготовки военных кадров.

Нет никаких сомнений, что решения этих проблем будут пытаться саботировать всеми мыслимыми и немыслимыми спосо бами. Стоило Путину заняться всерьез армией, и тут же в печати стал бурно обсуж даться вопрос, соответствует или нет Сергей Иванов занимаемой должности, пользуется ли он авторитетом у руководящего состава Министерства обороны.

Министр, надо сказать, до самого последнего времени упорно повторял за своими многозвездными подчиненными, что главной задачей военной реформы в буду щем году является освоение крупных сумм, которые запланировано выделить на проведение научно-исследовательских и конструкторских работ в сфере обороны, ремонт и модернизацию вооружений.

Складывалось впечатление, что министр заочно возражал президенту. Путин о переходе к контрактной армии, Иванов о том, что время для этого еще не подошло, так как для этого перехода требуются сотни миллиардов рублей. Путин о полной поддержке антитеррористической операции, Иванов - о том, что даже теоретически не может себе представить развертывание американских баз в среднеазиатских республиках бывшего СССР. Складывалось впе чатление, что консервативные силы, противящиеся любым реформам, именно Иванову отвели роль своего рупора, а может быть, и вождя.

Однако, судя по всему, в самые послед ние недели Иванов дал своим подчиненным ясно понять: каково бы ни было его собственное мнение, если президент распорядится изменить характер реформ, он будет неукоснительно эти указания выполнять и саботировать их не позволит.

Между тем возможность для саботажа есть. Генералы в очередной раз могут попытаться оправдать свое бездействие недостатком средств. Они сейчас на прессконференциях упорно твердят, что, опаса ясь падения цен на нефть, правительство уже срезало 10 миллиардов рублей из обещанной ранее суммы. При этом за последние два года военный бюджет вырос вдвое, но об этом военные предпочитают не упоминать.

Похоже, Владимир Путин для остраст ки потенциальных саботажников решил продемонстрировать жесткость, способ ность избавляться от тех, кто мешает. Высшие военные получили предупреждение: «адмиральского часа» времени беззабот ного послеобеденного сна не будет. Но чем дальше президент будет продвигаться по пути реформирования Вооруженных сил, тем чаще ему придется преодолевать все нарастающее сопротивление. И в ко нечном итоге потребуется произвести заме ну военной элиты.