Перевод Т. Редько-Добровольской М.: ТЕРРА - книжный клуб, 2001 а роман «Мел3³ кий снег», своего рода энциклопедию Японии второй половины 30-х годов, Дзюнъитиро Танидзаки получил всевозможные литературные премии и даже удостоился приема у императора. Но Танидзаки не всегда был адептом традиционной японской культуры. Поначалу он был декадентом, отстаивал идеи «чистого искусства» (его называли японским Оскаром Уайльдом) и превозносил все западное. Он создал культ темной, демонической женской красоты и мазохистского служения ей (один его рассказ из-за «аморальности» не пропустила цензура, а на основе другого уже в наши дни Тинто Брасс снял свой знаменитый «Ключ»). Затем Танидзаки отрекся от многих ранних произведений, а женским идеалом для него стала классическая красавица из средневековой японской литературы.
Главные герои книги - четыре сестры из аристократической, но обедневшей семьи Макиока. Две из них уже замужем, осталось сосватать младших. Это не так легко, потому что одна из них, Юкико, настолько целомудренна, что боится даже заговорить в обществе мужчины, а самая младшая, Таэко, слишком эмансипирована и свободолюбива и хочет строить свою судьбу сама.
Танидзаки по-прустовски обстоятелен и внимателен к деталям. Выбор кимоно перед очередными смотринами или тот факт, что младшая сестра позволила себе сесть за стол раньше старшей, становятся настоящими событиями в жизни семьи. И это занимает героев больше, чем, скажем, начинающаяся в Европе война, - ведь для японцев нет ничего важнее обычаев и традиционной морали. Морали, на которой зиждется семья и которая, по учению Конфуция, есть прообраз государства и миропорядка.
По роману «Мелкий снег« можно воссоздать предвоенную Японию так же, как Дублин по джойсовскому «Улиссу». Будь то любование сакурой, ритуал смотрин, культурные различия между Токио и Киото или психология самих японцев. Конечно, нынешние японцы живут иначе. Но глубинные психологические установки изменились не так уж сильно, да и свадьбы по сватовству до сих пор не так уж редки. АЛЕКСАНДР ЧАНЦЕВ