Увесистое балетное гала

В Театре имени Станиславского и Немировича-Данченко празднуют Петра Пестова — автора почти всех русских мужчин-звезд старше тридцати. Это был фантастичнейший московский феномен: комнату в балетной общаге делили, например, Алексей Ратманский, Николай Цискаридзе и Владимир Малахов. Отчетливее всего он наблюдался в середине 1990-х. Именно тогда сложилось четкое гендерное разделение: мол, лучшие «девочки» в Мариинке, а вот «мальчики» — в Большом; даже возникал мичуринский проект слить эти две группы в одну. Потом Пестов уехал из Москвы и теперь преподает в Штутгарте. Да и сами звезды разлетелись или просто окончили карьеру. Но о том, что в балете педагог — больше чем учитель танцев, ясно по нынешнему концерту: поздравить своего автора съедутся все. Или хотя бы пришлют открытку в виде солистов группы, которой теперь руководят. В самом деле отличный концерт — потому что Пестов плохого не выпускал. В центре внимания, конечно, Владимир Малахов: лучшее произведение Пестова-педагога. По балетным меркам Малахов уже в группе «сениор», но фантастические природные данные вкупе с хорошей пестовской выучкой позволяют ему до сих пор конкурировать с мускулистыми юнцами. Плюс, честно признаться: это редчайший случай убедиться, что выражение «красивые мужские ноги» — не оксюморон. По отдельной поздравительной сборной (с традиционным, как водка-нарезка-оливье, набором репертуарных номеров) выставят Большой, Мариинка и сам «Стас». А главное, сам Пестов привезет своих штутгартских выпускников — в хореографии Джона Кранко, имя которого носит шкода, где он теперь преподает. Кранко был одним из европейских вождей «драматического балета», изобретенного в СССР, безумно там популярного — и заразительного для европейских леваков, почти как коммунизм, что само по себе курьезно и без юбилейного повода в виде Петра Пестова. Юлия Яковлева

Широкому педагогическому охвату Петра Пестова русский балет обязан почти всеми своими лучшими мужчинами