Рафаэль Санти

Музей изобразительных искусств им. Пушкина, до 10 мая Не факт, что это Рафаэль. В 1928 году итальянские искусствоведы остановились на мнении — Рафаэль; отринув, между прочим, рафаэлевского учителя Петруджино и рафаэлевского ровесника Гирландайомладшего. Рафаэль звучит, конечно, лучше. Картину осмотрели по-новому, расчистили — после чего оказалось, что изображена, видимо, не святая Екатерина, как считалось прежде. Исчезли атрибуты велико-мученицы: разбитое колесо и пальмовая ветвь, так что теперь искусствоведы сходятся во мнении, что перед ними (нами) портрет Джулии Фарнезе — «прекрасной Джулии», «папской шлюхи», заложившей в фундамент процветания семейства Фарнезе буквально собственное тело. И единорог здесь отнюдь не символ девства, а всего лишь семейная эмблема.