Даешь!

рой пульсирует авангардная, хлебниковско-татлинская сердцевина. Но даже если это беспредметная конфигурация завитушек и заумь, скажем, как в обложке к поэме Хлебникова «Зангези», — штрих не витает абстрактно, а обладает большой конкретностью записи, не превращаясь никогда ни в пустопорожнюю виньетку, ни в надмирный супремус.

2 ★★★★★ «Проун», до 18 мая К 75-летию основания Музея Маяковского До того, с 1937 года, музей-библиотека существовал в квартире Бриков в Гендриковом переулке, где поэт жил втроем с Лилей и Осипом. Но в 1972-м фонды переехали в здание доходного дома на Лубянке, где в «комнатенке-лодочке» застрелился поэт. Права на помещение в Гендриковом были утрачены, и остался только официозный музей на Лубянке, но его изобразительный фонд со всеми монтажами и фотоколлажами относится еще к той гендриковской квартире и сформирован был из подарков художников и наследников: что-то приносил сам Родченко, что-то наследники Лисицкого, что-то жена Клуциса — Кулагина. Так что в «Проуне» покажут энное количество авангардной графики 1910-1920-х — оригинальных монтажей, плакатов, отпечатанных при жизни поэта, — которые много расскажут о четком и резком искусстве монтажа, но умолчат о странной истории собственной музеефикации.