2 НЕДЕЛИ В ГОРОДЕ

(по сюжету кинозвезда стажируется в полиции. — Прим. ред.)? Это я. «Эй, ребята, а мне дадут пистолет?» — «Даже не мечтай. Заткнись...» Мне повезло, что я сам из Бостона и мне не пришлось заучивать акцент и все такое — нужно было только изучить эту субкультуру, полицию штата. Раньше все, что я знал о работе полиции, я почерпнул, когда меня останавливали за превышение скорости. Ну а теперь у меня было много времени: я сидел с ними, обедал и все такое. Что касается этой облавы, то не думаю, что был в какой-то опасности. Они взяли вдвое больше полицейских, чем обычно на таких рейдах, и я шел сзади в бронежилете и думал: «Какого черта я здесь делаю?» Я даже внутрь не зашел, пока они там все не зачистили. Но я все видел и предложил Марти сделать такую сцену, потому что таким образом можно было показать моего героя в деле. И парни, которые в кадре, — те же самые, с которыми я был на настоящей облаве.

— Что вы думаете про гонконгский фильм?

М.Д.: Мне понравился фильм, он фантастический, и актеры отличные — но он про совсем другую культуру. Бостон абсолютно не похож ни на какой другой город даже здесь, в Америке, так что это очень специальная вещь. Мы взяли из гонконгской версии структуру и нарастили на нее целый мир.

Л.Д.: Ну да, в смысле, мы все посмотрели его, получили удовольствие, но эти два фильма можно сравнивать только до некоторой степени. То есть скелет, конструкция у нас довольно-таки, да что там — очень похожа, но все-таки это совсем другая история.

— А что Николсон?

М.Д.: Первый день, когда я с ним работал, был понедельник. А накануне вечером сижу я, значит, просматриваю сценарий, готовлюсь. Тут звонок: «Привет, Мэтт. Это Марти, режиссер». Он всегда так говорит: «Марти, режиссер». Ну я: «Да, я знаю, кто ты». Он говорит: «Знаешь, забавная штука приключилась, у Джека появились некоторые идеи по поводу завтрашней сцены». А мы должны снимать сцену в порнокинотеатре. Марти продолжает: «Ладно, к делу. Джек собирается надеть фаллоимитатор». Ну и типа: «Я не хотел, я не хотел». Ладно, думаю, поглядим. Ну и на следующий день приходим, репетируем, и Джек заявляет: «Делаем так. Я зайду в пальто. Сяду там. Потом повернусь. Достану большой дилдо. И мы посмеемся». И я подумал, что это хорошая мысль! Герои должны были там встретиться, и Джек привнес в эту сцену невероятный новый элемент, так сказать, новую грань характера. Это довольно точно: ведь эти парни выглядят так, будто они сублимируют секс в насилие и насилие в секс. Так все и бывает. Вообще, Николсон много делал всяких вещей, которые, я уверен, не вошли в финальную версию; он говорил: «Смотрите, я буду во всех сценах давать по полной — а Марти пускай потом вырезает, сколько ему нужно».

Л.Д.: Когда речь идет о Джеке, всегда ожидаешь неожиданностей. Вообще, Джек Николсон, играю-

щий у Мартина Скорсезе, да еще и гангстера, — я уверен, это то, чего ждали очень многие. Что касается меня, то в ряде сцен я просто понятия не имел, что будет происходить. Вот, например, была сцена за столом. О, сцена за столом! Никогда этого не забуду. Мы ее отрепетировали, но Джеку показалось, что он недостаточно страшен. И вот он вышел, и скоро прибегает ассистент со словами: «Осторожно! Я не знаю, что он собирается делать, но у него с собой огнетушитель, спички, бутылка виски и пистолет».

— Мэтт, какова роль Брэда Питта в том, что вы оказались в этом фильме (Питт — один из продюсеров. — Прим. ред.)?

М.Д.: Лео, Брэд и я были вместе в бане. Я должен был это сказать! Мне кажется, это важно для этой истории. Брэд пришел ко мне, потому что у его продюсерской компании был доступ к информации, и я впервые услышал обо всем от него. Брэд говорит: «Слушай, ты знаешь, что Мартин Скорсезе готовит фильм про Бостон?» Ну я: «Правда?» А потом мне принесли копию сценария, и я полетел в Нью-Йорк, встретился с Марти. Ну и хотя обычно происходят какие-то переговоры: «Что ж, давайте посидим, обсудим», — я был на все согласен уже заранее.

— У вас в жизни были случаи, когда вы отступали от правильной дороги, и каковы были последствия?

М.Д.: Ну участие в бое быков было плохой идеей. У нее были некоторые серьезные последствия.

Л.Д.: Ох. Ну как на такой вопрос можно ответить? Конечно. М-м-м.

— Этот фильм испортил ваш лексикон? Какие у вас теперь любимые ругательства?

Л.Д.: У меня — darn it. Или dagnabbit. Или consornit (устаревший сленг. — Прим. ред.). По крайней мере я в последнее время ими пользуюсь. В Нью-Йорке такому не научишься.

М.Д.: Ну а я сам бостонский, и мое — fuck. Потому что это очень удобно. В смысле, можно сказать «fuck you», можно «fuck him»... Мы вообще в Бостоне это используем, ну как типа мостик между словами, когда не знаем, что сказать. В Нью-Йорке такому не научишься. ☐ «Отступники («The Departed»), Мартин Скорсезе, США, 2006, дублированный Расписание см. в рубрике «Кино»