законодатель

Первое кинособытие тысячелетия: в Москву из Гонконга приезжает ВОНГ КАР-ВАЙ со своим новым фильмом «Любовное настроение». Фильм так хотели на Каннском фестивале, что показали в конкурсе в незаконченном виде. Несмотря на это, Тони Лёнг получил приз за лучшую мужскую роль, Кристофер Дойл — спецприз за операторскую работу. Не отметить фильм было нельзя: Вонг — суперзвезда мировой режиссуры. О том, что именно он уже лет семь диктует киномоду в обоих полушариях, знают все. Кроме москвичей, которым фильмы Вонга раньше на широком экране не показывали. Заполнить пробел перед премьерой «Любовное настроение» помогают ретроспектива Вонга в Американском доме кино («Америка-Синема») и путеводитель Михаила БРАШИНСКОГО по фильмам самого влиятельного режиссера конца ХХ века.

ной дилогии: про тех же женщин и другого мужчину. Но первый поворот Вонга к себе проваливается в прокате с таким грохотом, что второй фильм остается неснятым.

Самый красивый, тяжеловесный и невнятный из фильмов Вонга. На вид — боевые искусства, собственно, главный жанр гонконгского кино. На самом деле — еще одна медитация о времени. Вольная адаптация популярного романа Дзиня Йонга 1966 года «Герои, стреляющие в орлов». Старым персонажам придуманы новые истории.

Истории ветвятся, пересекаются, замирают, возвращаются вспять, обрываются. Понять что-либо крайне сложно.

Тони Лёнг любит Мэгги Чёнг, а Мэгги Чёнг любит Лесли Чёнга. Одеты они в абстрактно-средневековые костюмы. Лесли Чёнг — нашенный убийца по имени Злобный Запад — сидит в обветшалой хижине и в ожидании новой работы пьет Вино Забвения, которое, говорят, стирает прошлое. Его сопровождают такие же, как он, измотанные людьми убийцы. Один хочет умереть, другой слепнет, третий спивается. Мимо проходят

их женщины или воспоминания о них. Лошади скачут по пустыне, ткани развеваются на ветру. Иногда люди дерутся. Боевые сцены поставлены легендарным мастером трюков Саммо Хунгом и сняты со стробоскопическим эффектом, который впоследствии станет трейдмаркой Вонга. Эпические просторы неоглядны. Электрогитара и флейта на саундтреке заставляют вспомнить Серджио Леоне. У него были спагетти-вестерны, а это – «лапша-кунг-фу».