Алексей Цветков «Поп-марксизм»

Свободное марксистское издательство, Москва, 2011 Марксист Цветков, безусловно, один из умнейших наших современников, при этом намеренно не встроенный в систему. Умудрившийся остаться — при своих колоссальных возможностях — по-настоящему маргинальным. Вот почему интервью с ним не публикуют в каждом номере «Афиши»? Почему раз в десять минут его не умоляют дать комментарий для «Коммерсант FM»? Почему с ним нет «Особого мнения» на «Эхе Москвы»? Это ведь тоже своего рода искусство по нынешним временам: проходить под радарами.

Цветков — практикующий философ, но не распространенного ален-де-боттонского типа, его философия не помогает обывателю примириться с окружающей действительностью, а, наоборот, подначивает вступить с ней в идеологический конфликт — ну и обеспечивает инструментарием. Вот — демонстрирует он, — что на самом деле вы потребляете, смотрите, слушаете, читаете; вот какие вы пошляки; и кстати, не думайте, что это единственный способ жить, есть и другие возможности. «Поп-марксизм» — pele-mele, всякая всячина: коллекция эссе, мини-манифестов, очерков, мемуарных заметок, фрагментов из трактата по эстетике, анекдотов и поучений.

Привязка к жанру ничего не объясняет: Цветков продает мысли, а не упражнения в разных манерах письма. Выглядят эти тексты по-журналистски бойко, Цветков упивается своим искусством внятно формулировать истины, но даже это — сознательно: «Революции нужна своя собственная попса, свое массовое искусство и ее правильная интерпретация». Цветков описывает современные феномены — Химкинский лес, журнал «Сноб», 31-е число, революционный энтузиазм

Лимонова — и объясняет, что да как. Он никогда не повышает голос; однако вкрадчивая интонация не мешает ему быть безжалостным. Жемчужина сборника — очень точный — и предельно жестокий — разбор гребенщиковской песни «Сидя на красивом холме», гимна современной неформально-либеральной культуры. Из привычных строчек Цветков вытягивает «коды»; «трогательный» текст оборачивается смешным — не потому что Цветков хочет рассмешить, он вообще не разменивается на чистую издевку; сатира — это просто способ продемонстрировать стоящие за текстом идеологии, выявить его интеллектуальную подоплеку; а уж дальше ты сам, дорогой читатель, определяйся.

Последовательный марксист в обществе, где даже профессиональные борцы с режимом ни за что не поверят в отмену частной собственности, он бубнит и бубнит одно и то же: во всем виновата частная собственность, она разделяет нас, противопоставляет друг другу, получается классовое общество, в котором вместо того чтобы испытывать удовлетворение от совместной работы на общее благо, люди конкурируют друг с другом в погоне за прибылью. Чутко улавливающий фальшь и в искусстве, и в жизни, Цветков демонстрирует, что теория и практика часто драматическим образом расходятся. Так, в романах Уэлша и Паланика официанты ненавидят богачей — однако ж реальные, известные автору официанты, наоборот, глядят на них завороженно.

Да, искусству не стоит доверять — однако наблюдать за ним (если это искусство Цветкова) следует с почтительным восхищением.