Моя девочка не хочет...

Это такой специальный французский жанр: собрать мидл-классовую семью и рассматривать, как они друг друга мучают Станислав Зельвенский о фильме «Моя девочка не хочет...»

(Non ma fille, tu n'iras pas danser) Кристоф Оноре. В ролях Кьяра Мастроянни, Марина Фуа, Мари-Кристина Барро, Жан-Марк Барр, Жюльен Оноре, Фред Улисс, Луи Гаррель. Франция, 2009, субтитры с 24 июня

Лена (Мастроянни), 33-летняя парижанка с водопадом нерасчесанных волос и глазами итальянского киноактера, бросила изменника-мужа и работу в больнице и растерянно живет с двумя детьми. Приехав с ними на уикенд в родительский дом в Бретань, она обнаруживает, что всех ненавидит: властную маму (Барро), милиейшего папу (Улисс), положительного брата (Оноре), увязшую в собственных семейных проблемах сестру (Фуа), а также неожиданно нагрянувшего экс-мужа (Барр) и случайного юного поклонника (Гаррель). Они все, напротив, настойчиво желают ей добра.

Это такой специальный французский жанр: собрать мидл-классовую семью и рассматривать, как они друг друга мучают Это такой специальный французский жанр: собрать обширную мидл-классовую семью и два часа рассматривать, как они друг друга мучают. По увлекательности сравнимо с аортокоронарным шунтированием. Фильм, наполовину снятый на природе, выглядит притом довольно динамично, поскольку герои, словно горсть муравьев, если не успеть их чем-нибудь накрыть, то и дело разбегаются в разные стороны (друг от друга), останавливаясь, только чтобы нервно покурить в форточку. И каждого из них в отдельности можно понять — ни один из персонажей, за исключением, пожалуй, отца семейства да малютки-дочери Лены, не вызывает желания пробыть с ним в компании ни одной лишней минуты. Оноре даже и не пытается как-то структурировать бег на месте, лишь перебивая его время от времени и без всякой последовательности формальными трюками: то кто-нибудь обратится к зрителю, то вклинится неожиданный флешбэк, то оживет фольклорная басня про танцы до упаду (слегка порнографическое русское название в оригинале звучит как «Нет, дочь моя, танцевать ты не пойдешь»). Несмотря на блестящую работу Мастроянни, этот парад неврозов ни на мгновение не увлекает, поскольку не становится осмысленным движением хоть в каком-то направлении. Человек рождается, потом немного барахтается, потом умирает — этому печальному обстоятельству посвящено множество фильмов, но мало какие иллюстрируют второй акт столь буквально. С.З.