Khaled «Kenza»

Музыка, которую играет Халед, на его родине, в Алжире, называется «рай». Смысл этого слова в русском языке вполне соответствует эйфорической и экстастастической стилистике Халедовых напевов. В арабском мире невец стал звездой еще в незапамятные времена, после переезда во Францию в 1996 году к нему пришел и международный успех. У нас

Халед известен только песней «Aisha», под которую любят мечтать о несбыточном операционистки московских банков. Равнодушие к творчеству арабского соловья тем более странно, что его райская музыка чрезвычайно похожа на звуковой ряд любимых народом индийских фильмов. Новый альбом Халеда вряд ли изменит что-то в этом плане: выйти на уровень безымянных звезд из «Танцора диско» или «Зиты и Гиты» ему не суждено. Слишком много в этом диске европейского лоска. Причем степень лоска ощутимо зависит от имени продюсера.

Таковых на диске трое, и спродюсированные ими треки отличаются как небо и земля: автор «Aisha» Жан-Жак Гольдман гонит традиционную для Франции сентиментальную попсу, гитарист психоделической группы Gong Стив Хиллидж создает таинственные звуковые пейзажи с экзотическими партиями струнных, а Лати Кронлунд, лидер совершенно оголтелого эйсид-джазового состава Brooklyn Funk Essentials, превращает сладкий голос Халеда в пикантную приправу к своему фирменному блюду – сочному и мясистому фанку с визжащими дудками и стонущими телками.