жет ничего. Особенно остро чувствуешь это, когда выходишь из шумного, застроенного бесмысленными магазинами центра на самые окраины города. Обойти лавру кругом, не заблудиться меж двухэтажных деревянных домиков, спуститься по крутым металлическим ступеням к святому источнику. К нескольким бьющим из выложенных бетоном стен ключам всегда тянутся очередь дачников в блестящих резиновых сапогах с пластиковыми бутылками – набирают воду по дороге в Москву. Над небольшой купальней бревенчатая избушка: окунуться пару раз в ледяную воду приезжают со всей страны круглый год. Потом передохнуть немного, запастись термосом и бутербродами, пройти насквозь Рабочий поселок, перебежать через железнодорожные пути, потом 5 километров леса и сожалений о забытой корзине – сыроежки чуть не лезут под ноги. Выйти огородами к заросшим оврагам и пригоркам с желтошерстыми голосистыми козами. Посидеть с полчаса, прихлебывая сладкий чай из термоса, вдыхая прозрачный воздух, а потом, шатаясь от голода и головокружения, доплестись до центра – чтобы наконец почеловечески поесть. Везение – попасть в Посад летом, на празднование Дня города. Местный завод – крупнейший в стране поставщик фейерверков. Когда смеркается, весь город высыпает на центральную Блинную гору. Задрав подбородки и затаив дыхание сотни человек, встречающие друг друга по несколько раз на дню, полчаса смотрят в звездное небо, где всеми цветами радуги переливается и горит лучший в мире салют.