«МРАМОР»

«МРАМОР» – единственная (не считая переводов Стоппарда и Биена) попытка Иосифа Бродского написать пьесу. И у театра к этому произведению масса вопросов. Уступил ли в «Мраморе» Бродский-поэт место Бродскому-ритору, соединяющему тюремный жаргон с философскими сентенциями? И если так, чем это может пригодиться театру? Актуальны ли сегодня аллюзии на железный занавес и тюрьма как место действия спектакля? На эти и массу других вопросов вынужден отвечать режиссер. Но в нашем случае все проще, по- скольку Сергей Красноперц, выступивший в этой постановке режиссером и сыгравший роль заключенного римлянина Туллия, вопросами не задавался и руководствовался, ка- жется, двумя соображениями. Во-первых, «Мрамор» – это редкость, а во-вторых, имя Бродского так идет к репутации человека, участвовавшего в тренингах у Анатолия Василь- ева. Поэтому изобретенная Васильевым техника произнесения текста, кажущаяся столь странной неподготовленному зрителю, не к месту перекочевала в роль римлянина Туллия. Ему противопоставлен варвар Публий, с которым аристократ вынужден делить камеру. Публий устами Олега Охотниченко ругается матом и хочет бежать, не желая понимать то, что знает Туллий: весь мир – тюрьма, а люди – заключенные. Каждый из них ищет свой выход, и по-режиссерски их столкновение выражается в том, что Публий мысль выражает в жесте, а Туллий – в слове. Мило, но для целого спектакля больно мало. Как и мало для спектакля по Бродскому одного желания его играть. (Валерий Золотухин) Центр драматургии и режиссуры, чт 28 февраля, 19.00, на сцене Центра-музея В.Высоцкого ный жизнью герой учится заново любить. Это оттепель, случившаяся в одном отдельно взятом человеке и сыгранная Арцибашевым убедительно и проникновенно. Все остальные играют не чтобы плохо, но совершенно невыразительно, а режиссура в це- лом кажется приблизительной и небрежной. Герои одеты в усредненные костюмы советско-го человека вообще. На протяжении чуть ли не всех пяти дней они закусывают одним и тем же салатом, который всякий раз за- бывают убрать со стола. Слава