Александр/Alexander

лами, воспитывая их. Но мальчики росли вместе; Александр и Гефестион, так же как осваивали вместе географию и греческую борьбу, вместе знакомились с эросом. Куда важнее, что их дружба была практически братством, они дополняли друг друга, не случайно один не смог пережить другого. Кстати, все эти бравые полководцы, о которых вы читали в учебниках истории и исторыми я командую в фильме, они все спали с мальчиками, потом переключались на девочек, потом обратно. Александр в нашем фильма ищет утешения в объятиях Гефестиона, затем евнуха, которого он берет себе как подарок в знак победы над Дарием и с которым – э-э-э-э – видится со дня вступления в Вавилон, затем Роксаны, бактрийки, которая становится его первой женой. Сейчас бы его назвали бисексуалом. Но тогда все были такие.

• Что для вас было самое сложное в съемках?

• Битва при Гавгамелах. У меня была паника, в какой-то момент я просто отчаялся: чтобы сцена удалась, надо было на самом деле заводить толпу, тащить их в эту кровавую баню...

• Кровавую баню?

• Ну да... Под сандалиями песок, буксуешь, не дай бог повалиться – еще заедешь кому-нибудь пикой в глаз. А тут еще реквизиторы швыряют отрубленные руки под ноги... Но я вышел из нее живым.

• И в отличной форме.

• Форме? (Фаррелл оглядывает надетые поверх туники латы, на которых выбито некое подобие кубиков на животе бодибилдера.) Ага, это латунный слепок с моей груди.

• А есть ли в Александре какие-нибудь ваши качества?

• Да. Мои натуральные волосы крашеного блондина и мои натуральные бритые ноги.

• Почему Стоун выбрал вас?

• Все остальные оказались заняты. Стоун – противный, надоедливый, весь день орет, всюду сует свой нос. Требует каких-то деталей, деталей, деталей. И – отважный, сконцентрированный. Он в большей степени Александр, чем мне когда-либо суждено стать.

• А что у Александра под туникой?

• Кошелка для яиц.

• Это у вас. А у него что было?

• А хрен его знает, что было, что было... Но, бл-л-лин, у него должно там, должно было что-то быть, до фига всего! Они ж на лошадях скакали без седел, он бы с таким омлетом из-под этих Гавгамел вернулся, что это не ему евнухов...

• Один последний вопрос! – твердо беря за плечи Фаррелла и укоризненно глядя на меня, объявляет Зингер.

• Ваши дальнейшие планы?

• Стать параноидальным бредом Брэда Питта.

«Крестного отца», трагедия о кровных узах, но не в стиле Шекспира, а как у Юджина О’Нила. Если вам небезразличен Колин, он будет производить впечатление сродни тому, что Брандо в картине «В порту», почему нет?

• Поговорим о Колине?

• Его глаза всегда на мокром месте. Он не путевый парень, который старается быть хорошим, как герои «Великолепной семерки», Берт Ланкастер в «Рейде Ульзаны». Я начал присматривать актера на роль Александра давно. Тогда еще не вышел даже фильм «Особое мнение», я знал его только по «Стране тигров». Он пришел: неловкий, нервный, все время что-то проливал, говорил как аутист, глядел в стол и тряс ногой. Потом, я хотел кого-то такого... ну, знаете, чтоб черная борода, усы... вроде Эррола Флинна или Тайрона Пауэра... а он пришел на пробы осветленным. Но больше полутора лет, пока ничего не происходило, он в отличие от

других оставался верен проекту, хотя зарабатывал все больше и больше денег. Если б он запросил сумму, которую он получает сейчас, мы бы просто не смогли его себе позволить. Уговорить спонсоров на Фаррелла тоже было непросто – в Америке до «Рекрута» его вообще никто не знал. Но я уже на него запал. К тому же у него был ирландский выговор, а мы с Робином как раз обсудили вопрос акцентов и пришли к выводу, что если греки согласно американской кинотрадиции будут говорить на классическом английском, то македонцы, которые говорили на очень своеобразном наречии, должны говорить с ирландским акцентом. И как же изменила его эта роль – 57 дней подряд просыпаться Александром! Он и впрямь был ирландским пустозвоном, но теперь будто расцвел. С чужими он еще петушится как мальчишка, но на моих глазах в нем пробудился мужчина. И как держится в седле, видели бы вы! А когда фильм выйдет в России?

• Думаю, тогда же, когда и в Америке.

• Вот вы теперь какие! А у меня же там любовь между мужчинами. Фильм, должно быть, порежут?

• Скорее доснимут.

• Ась?

• Россия, говорю, сильно изменилась. Приезжайте – увидите.