Андрей Звягинцев, Россия, 2003 В ролях Владимир Гарин, Иван Добронравов, Константин Лавровенко, Наталия Вдовина Виртуозно снятая иллюстрация прописных истин Пока двое провинциальных братьев-пацанов решают в дворовых разборках, кто трус, кто не трус, домой возвращается батя, пропавший так давно, что его не помнит даже старший из сыновей. Батя хмур, требует от ошалелых малых пить вино за его возвращение, велит обращаться к себе «папа» и в обязательном порядке везет на рыбалку на Ладожское озеро, посреди которого дремлет во влажной дымке, как будто спустившейся из фильмов Андрея Арсеньевича Тарковского, остров батиного собственного детства. С этой актетической историей вы будет жить первые восемьдесят минут фильма. Дальше, как писал Шекспир, — тишина. За двадцать минут до финала картина переживает
жанровое перерождение, и последние эпизоды определяют – ретроспективно – отношение ко всему показанному ранее. Раскрывать припасенный сюрприз – ход в высшей степени негуманный по отношению к будущим зрителям, которые, вооруженные знанием, не переживут того самого «ах!», что заставило венецианскую Мостру оторвать задницы от кресел и аплодировать битых 15 минут. С профессиональной точки зрения «Возвращение», первый за 41 год – в 1962-м было «Иваново детство» Тарковского – российский кинодебют, оторвавший в Венеции «Золотого льва», не вызывает ни единой претензии. Бесподобный пейзаж, виртуозно нефальшивые дети в главных ролях, завязкальминация-развязка. Придаться не к чему. Звягинцев, для которого, как и для Тарковского, образцом кинематографического совершенства являются помонашески аскетичные фильмы Робера Брессона, снимал елочные игрушки сюжетных ухищрений с гангстерской приключенческой истории, которую первоначально являл собой сценарий Моисеенко и Новотоцкого («Старые клячи»), пока от него не осталась прописная истина. Или