2

какую-то мысль, ему уже повезло. В основном вокруг рассеянность и хаос. Чтото вдруг сплетается и разлетается.

Жизнь всегда допускает возможность быть другой. И чтобы это выразить, важно найти структуру, которая дала бы этой жизни возможность прозвучать.

Мы всегда ищем элемент свободного движения, выверта, поворота. Если вернуться к «Терроризму», то структура этой пьесы вроде связана в сюжет, но есть возможность всему этому разлететься. Один художник писал, что Ньютон создал

закон на примере яблока, а как интересно, если бы падала виноградная гроздь: она же всегда имеет право разлететься.

• А терроризм здесь при чем?

ВП Вначале мы попытались эстетизировать ощущения беспокойства – неявного, скрытого – от той жизни, что вокруг разворачивается. Все герои у нас как бы на игле чувства опасности. Все превращается в терроризм, терроризм – это товар, который продается и покупается, и это то, что происходит каждый день.

Когда что-то взорвалось или кого-то накрыло, это уже вторая волна. И чтобы не возникло третьей, надо вернуться в самое начало. Чтобы что-то победить, нужно вернуться к тому состоянию, из которого это произрастает.

ОП Вернуться к тому состоянию – значит, вытащить себя за волосы, чтобы оказаться в точке необходимости. Ведь есть непрерывный поток жизни, но все равно придется остановиться и подумать, ведь так или иначе будет остановка – смерть. Если человек хочет подумать, это связано с остановкой. И когда ты знаешь, что с тобой происходит, – это кайф. Ведь умирать вместо тебя никто не будет – только ты сам. И любить вместо тебя никто не будет. Даже состояние скуки – это продуктивное состояние, если ты знаешь, почему оно возникло.

Когда Пруст написал свою эпоху «В поисках утраченного времени», он сказал, что его книгу следует воспринимать как машину для произведения эффектов. Вот ты подключился мыслительно к эффекту – значит, ты отработал свой собственный опыт. Тебе это помогло продумать то, что, мо-

жет быть, не успел продумать раньше.

Для современного человека что такое религия? Где человеку искать успокоения, любить ли ему людей, канарейку или себя? Человек исключил из своей практики регламентированное общение с Богом, и мне кажется, для многих это перетекло в искусство. Критики в каком-то смысле создают религиозный текст. Они что-то канонизируют в искусстве. А почему одно, а не другое?

Сейчас в терроризме пытаются обвинить ислам. Ислам – молодая религия.

То, что делалось в тех религиях, – еще страшнее. Просто сейчас все по-другому: можно подложить мину – и все,

нужно что-то подкладывать под эту религию, нужно совершать теракт, чтобы что-то менять. Кого-то будут проклинать, а кому-то, как Чингисхану, который вырезал кучу людей, ставят памятники.

• Я все понимаю, но при чем здесь канарейка?

ВП У нас была канарейка. Меня оставили одного с ней. Я решил ее вымыть. И, наверное, плохо я сделал, что вымыл ее в том же блюдце, из которого она пила. Когда все пришли, это было ужасное зрелище. Желтый мокрый комок летает по комнате – обезумевший от страха. И чтобы не травмировать ни меня, ни канарейку, ее отдали знакомым. Потому что канарейка не могла видеть меня а я ее.

• Расскажите, как ваша мама бежала из Ирана.

ВП Однажды ночью ее отец поднял семью и повел пешком через Узбекистан в Россию. Это блокбастер. Мы когданибудь это опишем. Наверное, мы очень связаны с этой мистической историей, она в нас живет. Поэтому мы меняем место жительства очень часто.

• А в детский сад-то вы ходили?

ВП Да!!! Я в тихий час ненавидел спать и наблюдал. И года в четыре мне запало: когда мы спали, воспитательница плева-

ла себе на пальцы и делала испанский эскиз. Мне безумно это нравилось. Я не спал, чтобы смотреть, как она слюнявит пальцы. А еще одна воспитательница объяснила всем эволюционную теорию Дарвина. И она рассказала, как обезьяна стала жарить мясо. И всю тайну жизни объяснила. И еще она показала фотоаппарат, и оказалось, что никакого чуда нет.

ВП Самое мое большое разочарование было, когда Олег пришел из школы, а я у него похитил книгу, «Родную речь», и стал вырезать фотографии к 23 Февраля. Стал вырезать, потому что верил, что все вещи берутся из вырезанных картинок. И по мере вырезания я понимал, что это на голову не наденешь.

ОП Мне нравится теория Сократа: значение есть припоминание. Мне кажется, что мы действительно можем делать только то, что уже когда-тоумели. У Вовы на этот счет есть теория.

- Расскажи.

ВП Один философ решал проблему, стоит ли человеку бояться смерти. Он говорил, что не стоит, потому что наше «я» - оно всегда другое. Нам было 5 лет, 14, 16, были переживания, была какая-то жизнь. Вот сейчас, когда вы гораздо старше этого возраста, вспомните, что там было? Вряд ли. Одно «я» ушло, пришло другое. И оно кажется самым важным. Множество этих «я» сменяют друг друга, а ощущение смерти не приходит. Поэтому смерти вообще не надо бояться. Но смена происходит незаметно, и воспитание с этой точки зрения - это когда человек понимает, что череда этих «я» не бесполезна, она нанизывается на основу, которая, по существу, не меняется. Как происходит воспитание? До пяти лет в человека записывают программу, а дальше начинают ее разворачивать. Бывает, что человек заболел, обследовался у всех врачей, ему говорят: все нормально, а у него болит что-то. Или мужчина вдруг становится импотентом. Но ведь рано или поздно это должно было произойти. Однако возникает такая точка, когда он понимает вдруг: опал, хотя еще вчера стоял. И тогда человек идет к психиатру. Воспитание - это как раз такой терапевт, который не лечит, а рассказывает, что вчера можно было пить водку, а сегодня уже нельзя.

ОП У Бунина в «Жизни Арсеньева» описано, как он пытался добраться до того райского времени, когда и смысл уже был - и не было еще рефлексии. Он пришел: «Пока мысль о том, что человек

смертен, не приходит в голову, ребенок счастлив. Когда ребенок понимает, что все закончится, открывается ад».

ВП Нам тут стали приносить газеты, где по две строчки пишут в связи с «Терроризмом». И везде нас характеризуют как драматургов-экстремалов. Мы так и решили: теперь прыгаем с горы, или неудачная попытка суицида, и только потом идем писать.

ВП Ну это как в фильме «Самая обаятельная и привлекательная», когда с Муравьевой изменения произошли и она стала модной. Помните, она пришла в джин-

сах. Ее спрашивают: сама сшила? Она обиженно так отвечает: «Ты что, с Урала?» А героиня, не поню, как ее, она играла часто у Рязанова, спросила: «Не понимаю только, при чем тут Урал?» Для нас одно и то же - говорить, что мы уральские драматурги и что мы московские. Нам все равно.

ВП Мы работали на фестивале в каком-то городе европейском. Посылали свои ролики, они занимали какие-то места, нас приглашали приехать. Но мы не можем летать на самолете. Нас спрашивали: у вас что-то болит? Нет. Вас тошнит? Нет. Вам все оплачивают! Почему вы не хотите лететь? Небо слишком близко от самолета! Мне всегда представляется, что мы летим, вдруг самолет останавливается, и ГАИ прилетает.

ВП Телевизионные ролики, репортажи. Например, у нас в Екатеринбурге очень хороший центр челюстно-лицевой хирургии. И мы сделали фильм про то, что там придумали челюсть, которая сама говорит за человека. Мы придумали, что боксеру такому-то вживили челюсть - и она сама говорит, но у нее иначе происходят сбои - и она сама по себе

вдруг начинает ржать. И врач, который помогал нам все это делать, поймал пациента, от одного вида которого может попутиться разум: вся челюсть в железках, вся голова на винтиках. И он стоит с нашим подсадным, перебинтованным. Улыбается. Еще мы сняли репортаж, что по городу ходит трамвай-призрак и тот, кто в него садится, исчезает.

ОП Девушка, например, рассказывает, что у нее скоро свадьба должна была быть, она посадила своего жениха в трамвай, и он больше не вернулся.

ВП Про голубей-убийц снимали - тогда паника в городе началась. Еще говорили, что вместо парка будут строить космодром, и люди в прессе поднимали бучу, что им детей негде выгуливать. Люди говорили, что им не нужен космодром. «Космодром» там звучал как «автостоянка».

ОП А про факира и собаку!

ВП Про цирк много снимали: что факир превратил сына в собаку. А еще нам новые русские подарили собаку. Они втайне от клуба скрестили американского и английского кокер-спаниеля, получилась собака-клоун. Глаз не оторвать. Но наши пути с ней разошлись. Она оказались собакой-мормоном: отказывалась пить кофе и алкогольные напитки. Попала под влияние знакомой старушки-мормонки. Еще у нас была передача на радио. Музыкальная. «Лучше нету того свету» называлась. Ее потом закрыли по этическим соображениям. Она была очень добрая! Люди могли позвонить и заказать музыкальный привет умершему человеку. В День учителя много звонили - передавали привет учителям. Еще мы стихи писали, слоганы: «Я жизнь свою прожил не зря / В лесу имел я глухаря».

ВП В Москве паспорта каждые десять минут проверяют.

ОП Декарт говорил, что счастлив тот, кто сумел надеть на себя маску. Надев маску, ты имеешь право заниматься своим делом.

ОП Вова绝大彻大urret.

ВП Я однажды, будучи в сельской местности, заинтересовался: почему индюшата не летают? Я попросил маленькую девочку подкидывать индюшку, а сам снимал. И такой кадр получился! Луна, небо - и маленький птенец. А тексты все равно пишутся тавтологично. Но когда начинаешь писать каждый новый текст, пытаешься разрушить эту тавтологию, чтобы в итоге опять прийти к тому, что слезы - это слезы, любовь - это любовь, а страдания - это страдания. Интересно провести над ребенком эксперимент. Внушить ему, что он птица. И всех вокруг подговорить. Интересно, полетит или нет? THE END «Терроризм», чт. 7, сб 9 ноября, 19.00; пт 8 ноября, 12.00, на малой сцене МХАТ им. А.П.Чехова