«Вся власть — воеводе!»

Приморское удельное княжество: как жизнь, как дела?

О Приморье сейчас стали часто говорить. И в связи со слухами о его отделении от России, и по поводу запрета Ельцина на проведение там выборов губернатора. Но как-то глухо...

Сегодня 42 процента населения края живет за чертой бедности. Владивосток держит пальму первенства в стране по заболеваемости сифилисом. Главная Алеутская улица выглядит, как после гражданской войны: ободранные стены зданий, облупившаяся штукатурка. В водах залива Золотой Рог стоят ржавые суда с поблекшими красными звездами на трубах.

Разговоры об отделении от России — не праздная болтовня. Подтверждение тому — множество фактов. Есть уже и конституция новой страны, а глава администрации Наздратенко ведет себя как полноправный хозяин. Активно заявляют о себе владивостокские сепаратистские организации, крупные бизнесмены явно поддерживают идею «самостийности».

Можно сколько угодно убаюкивать общественность: мол, нет ничего страшного в превращении Приморья в республику. Но при этом все почему-то забывают, что край этот — потенциальный объект экспансии Японии и Китая, а в перспективе — и объединенной Кореи. Уж они-то изо всех сил будут откалывать Владивосток от России. Сначала «завязывая» его на себя финансово, ставя в зависимость от своих инвестиций, товаров и продовольствия, покупая правящую верхушку. А потом и другими методами.

23 июня сего года, выступая по радио города Находка, директор ФСК Степашин заявил следующее: «Блок проблем — это факт китайской экспансии на Дальний Восток. Она уже ничем не прикрыта. Просто людская экспансия, что опаснее всего... Здесь готовится комплекс мероприятий для укрепления границы».

Если же отделение Приморья все же произойдет, то любой режим в Москве также не смирится с потерей. Неминуем конфликт. Откроем малазийский журнал «Эйшн Дифенс» за май 1993 года: «Представители дальневосточной администрации больше надеются на японские и китайские инвестиции, чем на дотации и поддержку Москвы. Точно так же военное командование предоставлено само себе в решении проблем обеспечения подразделений... И потому сотрудничество с местными властями оказывается куда более продуктивным, чем просьбы о помощи из бюджета страны. Это подрывает доверие военных к центральной власти, что для Москвы довольно опасно, если она в наведении порядка в стране возлагает надежды на вооруженные силы... Местная администрация обладает самыми значительными возможностями кормить людей... Она занимается бартером, импортирует продовольствие и потребительские товары из соседних районов и стран, организовывает частное предпринимательство... Все эти дополнительные источники доходов питают центробежные настроения местных властей. Немалую помощь им оказывает Тихоокеанский флот, корабли которого участвуют в перевозке товаров. Например, автомобилей из Японии и продовольствия из Китая и Южной Кореи... Патрулируя дальневосточные границы России, флот может при необходимости делать их «прозрачными» для всякого рода торговцев...» Строй, который установился в Приморье (и многих других регионах) в эпоху реформ, нельзя назвать ни коммунизмом, ни демократией. Скорее — это владычество глав администраций. Суть его проста: в руках местного лидеров концентрируется власть не только законодательная, исполнительная и судебная, но и экономическая. Думы или советы либо упраздняются, либо низводятся до декоративного украшения. Это строй узаконенной коррупции, где бесправной массой правит малая группа сверхбогачей — администраторов и приближенных к ним бизнесменов. Все они монополисты. Один захватывает под контроль строительство, другой — торговлю нефтепродуктами, третий — оптовое снабжение территории продовольствием...

Губернатор Наздратенко правит своей «епархией» абсолютно безраздельно, опираясь на многочисленный, переплетенный с коммерческими структурами аппарат. Есть и местный «колорит»: в правящую верхушку Владивостока входит местный адмирал-генералитет.

Наздратенко пришел к власти весной 1993 года. Новый губернатор опирался прежде всего на свои коммерческие структуры — «ПАКТ», «Коммерсант», объединение «Восток», банк «Меркурий» и еще целую армию фирм-сателлитов. С Наздратенко пришли Лебединец и Павлов, которые затем станут вице-губернаторами.

Лебединец, экс-директор гигантской Владивостокской базы тралового и рыболовного флота (ВБТРФ), был славен тем, что в 1990 году заключил с китайцами массу сделок по формуле: мы вам — рыбу, а вы нам — стройте дома, профилакторий, мебель поставляйте. Но в конце прошлого года контрольное управление администрации Владивостока доложило: контракты подписывались с грубыми нарушениями, работы китайцами не сделаны, а за рубеж ушли тысячи тонн ценной рыбы. Обнаружено было и завышение стоимости строительных работ (выгода — в кармах харбинской компании). Куда же делись немалые средства? Владивостокская администрация ответить на этот вопрос не успела: Наздратенко сверг ее.

Оказалось также, что с 1992 года ВБТРФ при директорстве Лебединца было облеплено фирмами, которые перекачивали на свои счета рублевые и валютные средства рыболовецкого флота (АО «Шельф», например). Две такие фирмы были учреждены самим Лебединцем — после Фото Якова ТИТОВА проверки налоговой инспекции они приказали долго жить. Один только «Шельф» высосал из базы в 1992 году 534 миллиона рублей и не уплатил налогов на 200 миллионов.

Не менее интересна история с АО «ПАКТ», где целый год с августа 1992 года директорствовал другой заместитель губернатора — Павлов, а его вице-директором был г-н Лебединец. Учредителями сей компании стали 213 директоров заводов. Одновременно Павлов возглавил целую «империю»: АО и производственноторговый концерн «Коммерсант» да оптово-розничное объединение «Восток». Только по 1992 году налоговая инспекция установила: «Коммерсант» занизил свою прибыль почти на 2,5 миллион. Напомним, что в 1992 году миллион рублей был равен 10 000 долларов.

Через «Коммерсант» совершались внешнеторговые сделки — от имени бывшего управления торговли Примкрайисполкома, где раньше трудился Павлов. Причем торговля шла странно: зарубежные партнеры Павлова, которым он отправлял российский товар, по два года не платили за него денег. А в октябре 1992 года на стол прокурора края легло письмо из администрации региона. Поскольку «Коммерсант» невесть как использовал данную ему квоту на вывоз 20 тысяч тонн минтая и 20 тысяч кубов леса в КНР и не поставил краю продовольствия на 40 процентов от выручки, прокуратура просила возбудить уголовное дело. Но тот ответствовал: «Это хозяйственный вопрос. Пусть решают сами».

(Окончание. Начало на с. 1) Теперь эти люди у власти в Приморье. И неудивительно, почему с приезжим журналистом из Москвы тут разговаривают чуть ли не на явочных квартирах, при включенном на полную громкость радио. Страх, ощущается здесь реально.

25 ноября 1993 года начальник Контрольного управления при Президенте РФ Ильюшенко писал Ельцину: администрация Приморья раздала коммерческим структурам в виде льготных ссуд около полумиллиона рублей из бюджета. Из них 260 миллионов — учредителю «ПАКТа», АО «Уссурийский бальзам». Тогда эту сумму можно было запросто учетить спекуляциями на финансовом рынке. И так делалось, а в крае нет биржей воды, нищенствуют школы, больницы, библиотеки. На природоохранные мероприятия было потрачено всего 3,5 процента средств, а на развитие рушащегося топливно-энергетического комплекса — ни рубля.

С помощью связей и возможностей Наздратенко его приближенные на казенные средства и кредиты покупали собственность. Только «ПАКТ» купил около 237 тысяч акций приватизируемых предприятий почти в 2 раза дешевле, чем на бирже. В ходе такой «приватизации» у ПАКТовцев оказалось, например, 20 процентов уставного капитала такого крупного завода, как «Аскольд».

Далее акции распределялись между своими. Вице-губернатор Лебединец, например, стал владельцем 28 тысяч 515 акций ВБТРФ. Даже если считать по номиналу (200 рублей), то выходит 5,7 миллиона. Но эти акции, за которыми стоят десятки кораблей, причалы и базы, на бирже покупаются в несколько раз дороже номинальной стоимости.

«ПАКТ» брал кредиты в Промстройбанке, покупал на них ваучеры и выдавал их как беспроцентные займы «своим» людям. Всего на 600,85 миллиона рублей (свыше 60 тысяч ваучеров). На них «нужные люди» покупали по закрытой (недоступной для простых смертных) подписке акции «Спаскцемента», ГУМа, рыбои мясокомбинатов, ВБТРФ и завода «Варяг».

Не стеснялись ничего. Акционерный «ПАКТ» даже не сразу зарегистрировал выпуск акций. И хотя до этого момента он просто не существовал юридически и не мог совершать никаких сделок, он скупил за это время ценные бумаги 7 предприятий.

В то же время краевой Фонд имущества, ведомый другим соратником губернатора, Луценко, «терял» заявки других участников приватизационных аукционов, скрывал информацию от местного антимонопольного управления, продавал «на сторону» акции предприятий, которые должны были выкупать их работники. Вот и получилось, что на аукционе из 165 тысяч бумаг выгодного предприятия «Востоктрансфлот» 108 тысяч купили «особо приближенные» к Наздратенко фирмы — «ПАКТ», «Коммерсант» и «РАЛ».

«Пусть из Москвы приедут с проверкой. Скажите это в контрольном управлении Ельцина!» — и глаза говорящего с надеждой смотрят на тебя. «Да, документы есть, но в надежном месте. Придет проверка — предоставим, укажем. С собой их носить — упаси Господи. Только недавно наш знакомый погиб в автокатастрофе. Вам же для сведения скажем...» И таким образом автор этой статьи услышал многое.

Приморье — страна чудес. Здесь, оказывается, можно приватизировать даже функции государства. Например, пограничный переход «Полтавка» попал в ведение АО «Импульс», которое брало в свой карман сборы за переход границы и перевоз товаров. Плати — и хоть всю Россию в Китай переправляй. И хотя краевой прокурор писал Наздратенко об этом безобразии, тот до приезда комиссии из Москвы так ничего и не сделал.

Мы узнали и о том, как в августе таможенники пресекли перегон в КНР броневагонов, в которых не оказалось только пушек. Причем частное предприятие, совершавшее эту операцию, оформило бронепоезд как обычные платформы. Но кто продал или подарил частнику эту технику? Все знают об «интиме» между краевыми вождями и верхушкой флотского да военного командования. Последнее, кстати, гражданским контролерам недоступно. Но иностранцы уже во всеуслышание говорят, что корабли используются для контрабанды.

«Большой Владивосток» 25 декабря 1993 года опубликовал письмо министра внутренних дел РФ Ерина, адресованное Сергею Филатову. В нем четко говорит: «... Осуществлена проверка сведений... о нарушениях действующего законодательства отдельными руководителями администрации края Наздратенко Е. И., его заместители Павлов А. И., Лебединец И. П., Шкрабов В. П. в нарушение Указа Президента РФ от 04.04.92 г. «О коррупции в системе государственной службы...» входили в состав ряда коммерческих структур». Там же говорилось о «крупных хищениях» на Базе тралового и рыболовного флота.

Инспекция Контрольного управления Президента РФ установила: богатства Приморья продаются администрацией края за рубеж дешевле не то что мировых, а даже внутренних цен. И опять наблюдался тот же «бизнес»: иностранцы-покупатели товар получают, а деньги отдавать не торопятся. По данным ГУ Центробанка по Приморью, такие долги к октябрю прошлого года составили 26,5 миллиона долларов!

Один из наиболее наглядных примеров — скандал со строительством Уссурийской ТЭЦ, которое ведет АО «Дальэнерго», руководимое еще одним приближенным Наздратенко — Башаровым. Сделка такова: китайцы строят станцию, а Приморье через концерн «Коммерсант» расплачивается с ними металлом и минудобрениями, не платя таможенных пошлин. И хлынули в Китай эшелоны нитроаммофоса, селитры, белой жести, металлопроката, минтая. Вывозили из России добра зачастую больше, чем оговаривалось в соглашениях. В итоге к июню 1993 года дали китайцам на 68 миллионов швейцарских франков товару. А в ответ поставили оборудования всего на 5,11 миллиона. Да какого оборудования! Водогрейные котлы, купленные в КНР, оказались вовсе не пригодными для строящейся ТЭЦ!

Этот грабеж края и России продолжался и после 4 октября 1993 года Наздратенко пишет Черномырдину: мол, «Коммерсант» за свой счет поставляет товар в Китай, а «Дальэнерго» не может с ним расплатиться из-за безденежья по вине «скупых» Минфина и Минтопэнерго. И поскольку концерн «Коммерсант» понес убытки, то губернатор просит «разрешить концерну закупку товаров народного потребления на неиспользованные инвестиционные средства, вложенные концерном в строительство этой ТЭЦ».

Как можно деньги, превратившиеся в постройки, котлы и оборудование, потратить на широтреб? Однако вице-премьер Шохин 13 октября 1993 года соглашается с этим предложением, давая поручение МВЭС и Минфину. «Коммерсант» беспошлинно завозит в Приморье китайские шмотки.

В октябре этого года в Правительстве РФ отмечалось: стройка ТЭЦ идет вяло. Опять — нехватка средств. А ведь полугодом ранее тогдашний представитель Ельцина В. Бутов докладывал в столицу: «Коммерсант» утаил от выплаты в бюджет 2,5 миллиарда рублей, а пока Наздратенко выбивает из Москвы для «Дальэнерго» десятки миллиардов народных денег, в краевой казне обнаружились «неучтенные» 25 миллиардов. В ответ Бутова снимают с должности. Увольняют и шефа налоговой полиции края Перепечкина, обнаружившего махинации Наздратенко, Павлова, Лебединца и Ко.

Преступность в крае расцветает. Выдержки из одной справки ФСК: «Группа «Баула» занята автоторговлей и рэкетом, контролирует归зино и торгово-промышленную корпорацию. Базируется в Театре им. Горького. Внешнеторговые сделки идут через одну из упомянутых нами фирм. Имеются контакты с японцем Хисидой из Макао по кличке Якудза. Ему передаются «наводки» по российским бизнесменам в обмен на информацию о китайских. Группа «Алексея»: доходы имеет с автостоянок, ресторанов, увеселительных заведений, проституции. Контакты с японскими мафиози. Группа «Османа»: рэкет моряков, проституция, своя сеть осведомителей на судах, автобизнес. Группа «Свирида»: своя внешнеторговая корпорация, торговля бензином, связи с политическими кругами в Москве».

Список можно продолжать. Везде — рэкет, коррупция, втягивание в свои круги спортивной молодежи, отслужившей в ВДВ, морской пехоте и КГБ. Везде — «крыши» в виде вполне легальных фирм и спортивных обществ.

Местные лидеры партий жаловались нам, что на предвыборных собраниях часто присутствуют «кожаные» молодчики, умело воздействующие на аудиторию. По секрету поведали об убитом баркашовце, собиравшем подписи. Интересная деталь: когда на квартире у одного из автодельцов прогремел взрыв (шли разборки), раньше милиции на месте оказался нынешний и. о. мэра Владивостока Толстошеин. Он даже интервью местной газете дал: мол, пострадавший — друг моей семьи.

Журналист Алексей Садыков, осмелившийся критиковать Толстошеина, подвергся пыткам. Пуля влетела в корпункт журналиста «Вестей» Вознесенского. Бывший друг Наздратенко Шкрабов, редактор «Красного знамени», за несколько критических материалов о годовых итогах губернаторства Наздратенко и о грядущих «выборах» с жуткими нарушениями закона лишился возможности печатать газету. Канал ПКТВ, рискнувший дать слово бывшему мэру Черепкову, был отлучен от эфира.

В том, что происходит в Приморье, есть и немалая «заслуга» центральных властей. Чтобы ослабить сепаратистские настроения, надо решать проблему экономической связи с Дальним Востоком. Надо ослабить гнет цен на энергию и транспорт. Надо прекратить безобразие, когда топливо из Иркутска, стоящего посередине между Москвой и Владивостоком, приходит в Приморье по цене на треть больше, чем в первопрестольную. Нужно изменить ситуацию, при которой приморцы не могут продать в столицу рыбу по 1200 рублей за кило. Можно ли требовать от Приморья верности России, коли сорокатонный вагон газетной бумаги из европейской части страны обходится здешним полиграфистам в 42 миллиона рублей? Если дешевый канско-ачинский уголь вырастает в цене из-за транспортных издержек шестикратно? Если хлеб дешевле покупать в Канаде, а не на Алтае?

И другое: перепутав самостоятельность регионов со вседозволенностью местных глав администраций, центр не контролирует ни соблюдение ими законов, ни расходование бюджетных денег.

Приморье в этом отношении — хороший пример. Особенно в части того, каково будет жить нам с вами в тех «княжествах», на которые рассыпается наш страна.

Владимир КУЧЕРЕНКО