Острова раздора

Проблема Южных Курил наследие уходящего века. Возьмем ли мы его с собой в век грядущий?

Территориальный вопрос и развитие отношений - два колеса на одной оси», - часто приходится слышать в Японии о проблеме Южных Курил. Сравнение, может быть, и неплохое, но все же прихрамывает. Японские колеса хороши для идеально ровного хайвэя Токио-Осака, но не для нашего бездорожья.

Соломоново решение или ловушка Москвы?

Пожалуй, оптимальный способ продвижения наших отношений с Японией продемонстрировал недавний визит в Токио российского министра иностранных дел Евгения Примакова. Хотя его миссия казалась обреченной на неудачу из-за непопулярности территориального спора в России, министру, похоже, удалось невозможное. С одной стороны, японцы согласились рассмотреть предложение о совместном использовании Южных Курил (что является шагом вперед - до сих пор эта идея не вызывала у Токио большого энтузиазма). С другой - Примаков ни в чем «не поступился принципами», лишив российских национал-патриотов повода для атак на правительство.

Кроме того, министру удалось снять неопределенность, возникшую после его же собственного предложения передать решение «территориального спора» будущим поколениям (вариант решения китайско-японского спора по поводу островов Сенкаку). Напомним, что заявление это было сделано новым главой МИДа вскоре после его прихода на Смоленскую площадь. После того как эта идея не получила должного отклика, команда Примакова решила искать новые пути вывода отношений с Японией из тупика.

Едва ли можно рассчитывать, что это произойдет сразу. Последняя инициатива Москвы о совместной хозяйственной деятельности на спорных островах (сотрудничество в области туризма, переработки рыбы и развития транспортных коммуникаций) не столько обнадежила, сколько озадачила Токио. Главное, чего боятся японцы, не является ли последнее предложение Москвы ловушкой, завуалированным стремлением положить решение вопроса о принадлежности островов в долгий ящик.

Однако японские сторонники жесткого курса по отношению к России, убежденные, что только давление на Москву может заставить ее быстрее двигаться к решению проблемы, похоже, ушли в тень. Москва же сделала максимум возможного на нынешнем этапе во-первых, ликвидировала вакуум, наметившийся в политических контактах с Японией с середины прошлого года, во-вторых, подтвердила приверженность Токийской декларации 1993 года. Ее суть - в признании того, что сам спор существует и его необходимо решать на основе «справедливости и законности», а также увязывания прогресса в решении территориальной проблемы с уровнем двусторонних отношений. Отдавать или не отдавать Такая постановка вопроса несет в себе элемент провокации. Она подразумевает, что нужно чем-то жертвовать. Между тем речь идет о другом, и в этом отношении территориальный спор с Японией в корне отличается от прочих международных споров. В действительности речь не о территориальных уступках, а об определении границы, которая осталась неустановленной, поскольку после войны СССР так и не заключил с Японией мирного договора.

Еще Брежнев в свое время в интервью японской газете «Асахи» признал, что заключение договора предполагает согласование границы между двумя странами. А в принятом В 1993 году Законе о государственной границе было записано, что «границы Российской Федерации с сопредельными государствами .. подлежат договорному закреплению».

Поэтому дилемма «отдавать не отда вать» подменяет собой главный вопрос: что нужно сделать для того, чтобы при заключении мирного договора с Японией национальные интересы России не только не пострадали, но и выиграли бы.

История, право, экономические интересы, судьбы и жизнь живущих на островах людей, наконец, проблема национального самосознания... За какую из этих ниточек дернуть, чтобы развязать клубок? Идти в глубь истории не выгодно для России. Все попытки доказать «исконную принадлежность» ей Южных Курил и на этой основе решить территориальный вопрос изначально обречены. Можно, конечно, публиковать документы, которые вроде бы доказывают «исконную принадлежность», и не публиковать те, которые противоречат этой версии. Можно подавать как открытие обнаруженную в архивах старую российскую карту XVIII века, на которой спорные острова показаны как территория Иркутского наместничества. При этом скромно умалчивать, что таких карт в свою пользу у японцев тоже хватает. Такой подход лишь облегчит задачу японским правым и всем тем, кто не хочет нашего примирения с Японией. История спора вокруг Курильских островов сложна и запутанна. В 1875 году Александр обменял их на Сахалин, который тогда был для России важнее гряды пустынных островов, имевших только промысловое значение. Их возвращение под российскую юрисдикцию произошло уже при Сталине. Он их отнюдь не вернул, а приобрел как рачительный хозяин после разгрома Японии во второй мировой войне. Это сталинское приобретение получило одобрение союзников в Ялте, где было четко оговорено возвращение Южного Сахалина и передача Курил Советскому Союзу. Но потом в Сан-Франциско в 1951 году Сталин не подписал договор, и все повисло в воздухе. Международно-правовое оформление приобретения не состоялось. Генералиссимус делал ставку на Китай и революции в Восточной Азии и особо не заботился о формальностях. В результате мы вселились на территории, но международной «прописки» не получили.

Это, впрочем, не значит, что Россия не должна стремиться сохранить Курилы в своем владении. Для этого есть и возможности, и основания. Проблема в том, чтобы подвести под это владение правовую базу, что невозможно без мирного договора с Японией. По этому договору граница должна пройти между российскими Курилами и Японией.

Где именно она должна проходить - это вопрос переговоров. Вместе с американцами и японцами я участвовал в одном экспертном исследовании, в котором были предложены 66 вариантов решения проблемы. Какой из них больше подходит для сторон и является компромиссным - решать политикам. Территориальная проблема - это насле

дие уходящего века. Идеализировать век наступающий тоже не стоит, однако ясно, что лидерство и баланс сил нем будут определять другие факторы. Побывавший недавно с визитом в Токио французский президент Жак Ширак, поклонник японской философии, отметил, что в XXI веке он видит несколько центров современной цивилизации - Северная Америка, Европейский Союз, Латинская Америка, Юго-Восточная Азия, Япония и Китай. Россию, большая часть которой находится в азиатско-тихоокеанском регионе, он не упомянул - либо забыл, либо включил в Европу.

Наверное, это не случайно. Интеграция России в Азиатско-Тихоокеанский регион только начинается, и без нормализации отношений с Токио, лидером АТР, она невозможна. Чтобы сохранить себя как один из цивилизационных очагов, Россия должна научиться жить по международным правилам, как можно скорее разделавшись с грузом прошлого, которому принадлежит и проблема Южных Курил.

Токио