Разбор налетов

Московские беспорядки продемонстрировали, что с нештатными ситуациями наши власти справляться не научились

В минувший вторник, два дня спустя после «манежного побоища», перед думским Комитетом по безопасности с отчетом о непроделанной работе выступил начальник ГУВД Москвы Владимир Пронин. Своими впечатлениями о речи главного московского милиционера с «Журналом» поделился депутат Сергей Юшенков: «Пронин напирал в основном на то, что действовал строго в рамках должностных инструкций. Генерал рассказал, что лично узнал о предстоящем мероприятии только в 11.30 и, дескать, за оставшееся до начала трансляции время (матч между Россией и Японией начинался в 15.30. – «Журнал») уже ничего нельзя было поделать — в Моск ве, мол, не хватает восьми тысяч милиционеров, а на то, чтобы привлечь дру гие силы, четырех часов мало».

Что это за «другие силы», мы более или менее представляем. Напри мер, 12 июня, в День России, по Москве несли службу около пяти тысяч сотрудников МВД, большая часть которых прибыла в столицу из сосед них областей. Есть еще оперативная дивизия внутренних войск имени Дзержинского, расквартированная неподалеку от окружной московской автодороги. Ее задействуют во время проведения, как любят выражаться московские чиновники, «запланированных мероприятий». Скажем, футбольных матчей. Следить за порядком на подступах к стадионам приго няют и полк конной милиции. Лошади, как утверждают разные милицей ские чины, незаменимы в местах «большого скопления агрессивно-настроенной публики». Дескать, городские хулиганы их боятся.

Корреспондент «Журнала» попытался выяснить у знакомого милицейского генерала, сколько же надо времени, например, подразделениям диви зии имени Дзержинского, чтобы прибыть на Манежную площадь. Генерал ответил, что такие нормативы, конечно, существуют, но обнародовать их он не вправе - государственная тайна. Кроме того, наш собеседник особо подчеркнул, что начальник московского ГУВД вообще не может отдавать прика зы командиру дивизии внутренних войск ему приходится обращаться с за просом либо к руководству МВД, либо в штаб внутренних войск. А там уже будут приниматься решения. Но на все эти согласования, разумеется, нужно время. Какое? Так ведь сказано уже было - тайна.

Впрочем, все эти нюансы милицейской субординации вряд ли интерес ны москвичам: и тем, кто пострадал в результате бесчинства пьяной, озверев шей и ничем не сдерживаемой толпы, и тем, кто в тот день оказался вдали от центра столицы. Государственные тайны нам знать не по чину, да и не за чем. Но вот что уже точно теперь не составляет тайны для любого столичного жителя, так это то, что в случае возникновения стихийных, заранее не запланированных погромов защитить нас так и будет некому. Другое дело - футболь ный матч по заранее объявленному расписанию или, скажем, политический митинг по заранее полученному разрешению. Тут тебе и пешие, и конные. Об этих мероприятиях московские власти узнают загодя и своим знанием успе вают поделиться с милицией.

Но в данном случае мы имеем дело не со стихийно начавшимся бунтом, а с трансляцией на московских площадях футбольного матча, которую сама московская власть и инициировала. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы предсказать, как в подобных обстоятельствах поведет себя толпа. Любой московский житель прекрасно представляет себе, что могут учинить пьяные фанаты. И что трансляция будет публичная, известно было (если не начальнику ГУВД, то уж по крайней мере гражданам, жителям города, охрана которых яв ляется его основной служебной обязанностью) вовсе не за несколько часов, а за дни, если не недели. Матч между Россией и Тунисом показывали в будний день, и все равно у всех мониторов было полно народу. Словом, если не в деталях, то уж в общих чертах можно было бы предугадать, чем закончится для Москвы поражение российской сборной, как, впрочем, и ее победа.

Но высокопоставленные чиновники, скажем, из мэрии, из МВД и ФСБ не посчитали нужным собраться и пораскинуть мозгами, сколько и кого съедется на Манежную площадь, что станут там делать в случае удачного или, наоборот, неудачного выступления нашей команды и как все это организовать, чтобы в вверенном им городе сохранялся порядок. Могли бы, к приме ру, принять решение в тот день прекратить продажу спиртного в центре Москвы, определить, где стоять тульским милиционерам с дубинками, а где - курским со щитами. Да много у них, наверное, заготовок на такие случаи. «Так ведь нет, - говорят наши собеседники из мэрии, никто по этому поводу не собирался и ничего не прогнозировал. Думали пронесет». Вот в это ве

ришь сразу и безоговорочно. Мы, слава богу, не японцы. Они, может, тоже, надеялись, что обойдется без кровопролития, но все же японское посольство официально рекомендовало своим гражданам в тот день не покидать московских жилищ. Можно сказать, перестраховывались.

Впрочем, не будем удивляться - нежелание думать на шаг вперед весьма свойственно отечественным властям, причем даже тогда, когда принимаются решения куда более ответственные, чем трансляция матча. Скажем, 3 октября 1993 года, когда банды генерала Макашова штурмовали мэрию и Останкино, единственным человеком, кто озаботился обороной Кремля, был журналист, оказавшийся там волей случая. Именно он звонил по «вертушке» из кабинета тогдашнего главы кремлевской администрации Сергея Филатова тогдашнему начальнику Главного управления охраны РФ Михаилу Барсукову с предложением усилить охрану. И предложение это было с благодарностью принято. Тогда, заметим, ни много ни мало решалась судьба Отечества. А тут всего-навсего футбольный матч.

Стойкая неспособность российских чиновников задуматься о возмож ных последствиях может быть связана просто с нежеланием думать. А может - и со стремлением уклониться от ответственности, которое особенно обостряется, когда в дело вступают ведомственные лояльности (к примеру, как у московского мэра не «свой», а «эмвэдэшный» начальник ГУВД). Ведь если б все-таки собрались и вместе решили, как организовать уличное мероприя тие, глядишь, потом и отвечать за него. А так - у каждого есть ответ. Милицию руководство города не предупредило, а руководство рассчитывало, что милиция будет порасторопнее. И оба валят все на «стихию».

Синдром страуса Сразу после разгрома центра Москвы большинство наблюдателей сходились на том, что судьба Владимира Пронина предрешена - уж больно чудовищные картины транслировали новостные телепередачи. Безнаказанность толпы погромщиков слишком уж живо напоминала события 1993 года, когда бандитские толпы на несколько часов, казалось, овладели городом. И зрели ще испуганно жмущихся по подворотням стражей порядка тоже напрашивалось на сравнение с теми же страшными часами 3 октября 1993-го, на протяжении которых город был оставлен милицией на разграбление макашовцам.

Находились и такие, кто настаивал на отставке чиновников куда более высокого ранга, чем Пронин. Например, лидер СПС Борис Немцов прямо заявил, что своих постов должны лишиться и министр внутренних дел Борис Грызлов, и глава ФСБ Николай Патрушев. Более того, в беседе с корреспондентом «Журнала» один из кремлевских чиновников высказался в том смысле, что события в Москве могут стать последней каплей - у президента накопилась масса претензий к силовым министрам. Однако уже на следующее утро страсти поутихли. Стало ясно, что не только наши главные силовики усидят в своих креслах, но и руководитель московской милиции, похоже, сохранит за собой пост его отставку Грызлов не принял. Зато министр уволил другого милицейского генерала, заместителя Пронина, Василия Чемисова он в тот день, на свое несчастье, дежурил по ГУВД. Воспрявший духом Пронин принялся объяснять причины случившегося.

По Пронину, во всем виноваты, во-первых, якобы призывавший к уличному насилию рекламный ролик, который крутили в паузах на протяжении всей трансляции, ну и, разумеется, журналисты. Почему журналисты, генерал не уточнил. Очевидная слабость милицейских аргументов, казалось бы, должна была подвигнуть московские власти на резкую критику в адрес столичных органов правопорядка.. Ну, чем не случай позлорадствовать, а может быть, и попытаться извлечь политическую выгоду - попробовать вернуть право непосредст венно влиять на назначение главного милиционера в городе? Тем более что тема-то любимая и многократно обкатанная столичными чиновниками - экстремизм в Москве. Но не тот нынче пошел Юрий Лужков - надо думать, парутройку лет назад при подобных обстоятельствах он бы и с Южного полюса за два часа до столицы долетел, а теперь вот с Кипра чуть не сутки добирался. Да и по первым заявлениям вице-мэра Валерия Шанцева, оставшегося на хозяйстве в отсутствии градоначальника, стало понятно, что московское правительство в бой не ринется. Шанцев Пронина ни в чем не винил и тоже высказывался в том смысле, что такого развития событий никто не ждал. За желанием быстро погасить скандал угадывалась воля Кремля. Через несколько дней после событий изменился и тон высказываний нашего кремлевского собеседника.

«А какой смысл раздувать эту историю? Понятно же, что в случившемся в равной степени виноваты и милиция, и столичные власти, и ФСБ. И что теперь, на всех наезжать? А как быть со стабильностью в обществе? Объяснение они, конечно, придумали хиленькое. Как будто для кого-то важно запланированный это был погром или спонтанный. Результат-то один. А с другой стороны, что им остается говорить?».

Впрочем, кажется, не вся российская власть решила спустить дело на тормозах. Премьер Михаил Касьянов уже в понедельник заявил, что, по его мнению, акция в центре Москвы была тщательно подготовлена. В интервью «Журналу» замруководителя аппарата правительства Алексей Волин развил эту мысль: «Ясно же, что у людей не случайно оказались в руках металлические прутья. Кроме того, в пользу версии о заранее спланированном погроме свидетельствует и тот факт, что в бесчинствах на улицах Москвы приняли участие сотни людей. И действовали они вполне организованно - одни переворачивали и жгли машины, другие били витрины. Разумеется, к ним примкнула и случайная шпана. Но так всегда бывает во время уличных беспорядков. И происходило это при полном бездействии московских властей. Потерпевшие имеют все основания вчинить имущественные иски мэрии Москвы».

Понятно, что особая позиция российского правительства обусловлена нескончаемым конфликтом между кабинетом министров и «силовиками». Но, как бы там ни было, в данном случае она выглядит гораздо более аргументированной, чем лепет противоположной стороны.

На момент подписания этого номера «Журнала» свое веское слово по поводу всего случившегося в Москве президент так и не сказал. Осмелимся предположить, что и не скажет. В последнее время Владимир Путин, похоже, сосредоточил все свое внимание на международных проблемах.

В речи на праздновании Дня России президент заявил, что ему «близки» все 145 миллионов россиян. Конечно, приятно чувствовать себя человеком, близким главе Российского государства. Только хотелось бы еще, чтобы это государство время от времени выполняло бы и свои внутриполитические функции. Например, защищало бы граждан России от погромщиков и хулиганов. А уж если не удалось, то хотя бы нашло в себе силы извиниться. Напомним, что в том чудовищном погроме в центре столицы погиб московский школьник. Погиб по вине российских властей. Насколько нам известно, никто из представителей этих самых властей так и не удосужился выразить соболезнования его близким.

Не знаю, как для кого, а для меня самым страшным в том, что я наблюдал на экране телевизора, были несущиеся из оскаленных ртов подонков вопли: «Россия! Россия!» И тут я не могу не поделиться наболевшим. Не так давно в застолье один из моих товарищей еще со студенческой скамьи, в недавнем прошлом исправный член КПСС, бросил мне вдруг: «Ты ведь не любишь Россию. Чего бы тебе не свалить отсюда?..» С трудом представил в тот момент, что могло навести его на столь неожиданное умозаключение, но с товарищем пришлось расстаться решительно и бесповоротно. И вот именно его я представил себе в толпе этих «любящих Россию» насильников и поджигателей. Нет, не бросающим бутылки с зажигательной смесью - для этого он слишком интеллигентен и брезглив, но сочувственно наблюдающим, как оскаленный «патриот» лупит меня бейсбольной битой по черепу. Тем самым невольно подталкивая его на путь преступления, как те обыватели, что шли вослед погромщикам и, улыбаясь, перемигивались: так, мол, вам, богатеям, и надо. Или как бездействующее московское милицейское начальство. Или сочинители мифов о России и задорных песенок типа «Хороша страна Болгария, а Россия лучше всех». В конце концов пора научиться любить Россию не за то, что она лучше всех, и не ненавидеть ее за то, что она хуже других, а понять, что другой у нас нет. И «свалить отсюда», конечно же, можно, да вот стыдно искать благополучие и комфорт там, где они выстроены и выстраданы не тобой и Твоими соотечественниками. А выстроены здесь они не будут, покуда десятитысячная толпа действительных любителей футбола и подлинных патриотов своей страны не может или не хочет дать отпор нескольким сотням затесавшихся в ее ряды нравственных уродов.

Пока каждый из нас не победит в себе подлое безразличие и трусость. ЛЕОНИД СЕДОВ