Один из важнейших героев нового хип-хопа заявил о себе в 2013 году, когда Россию только начинал завоевывать трэп. Пока под L'One «танцевали локтями», Скриптонит из Павлодара рассказывал о казахстанском гетто. В планах рэпера на 2015-й — альбом на лейбле Gazgolder и лайв на Пикнике «Афиши».
Два года назад Россию захватила музыка, которую стали называть трэпом. Ты в то время сравнивал себя с другими трэп-артистами, тем же L'One? Я не то чтобы их слушал. «Танцы локтями» помню, конечно, но это коммерческий трек, вирусная песня. Я не могу ее объективно оценить, мне она не нравится, и все. Я не говорю, что она плохо сделана,— она продуманная по-своему, простая и точно ориентированная на своего слушателя. Для Левы, думаю, это совсем не иконический трек и не вершина его творчества. У него достаточно других крутых песен... В то время рэпу на русском нужен был какой-то ребрендинг. И он получил серьезный пинок. Все зашевелились, почувствовав конкуренцию со стороны молодых персонажей, которые ведут себя уверенно, читают намного техничнее и ни в чем не уступают предшественникам.
Почему никто из этих молодых не стал звездой? Нынешняя молодая рэп-музыка на русском отличается тем, что
она все перенимает у черных. Если те говорят: «Моя сучка это, моя сучка то, мои деньги...», то и мы сделаем точно так же. Раньше было наоборот — все противопоставляли себя американскому рэпу. Русский рэп, «падики», скрипочки и пианинки семплированные — так по всему СНГ. Сейчас же все бросились в другую крайность и делают под копирку рэп как в Америке. Я и сам это проходил.
Ты часто бываешь в родном городе. Не вредно для карьеры быть так далеко от Москвы, в Павлодаре? Отрицательных факторов я в этом не вижу. Я здесь всегда в студии, у меня свой круг друзей, близких по музыке и идеям. Их имена вряд ли что-то скажут многим. Это Юрик Четверг, с которым у меня будет порядка восьми совместных треков на альбоме. Это Strong Symphony, саунд-продюсер. Нас человек десять, читающих рэп и занимающихся музыкой, мы так давно друг друга знаем, что я уже и не вспомню, как мы познакомились. Иногда я вызываю в Москву на две недели, на ме-
сяц. Понимаю, что есть дела, которые легче делать в столице. И на концерты оттуда намного проще ездить. Но пока я с альбомом не разберусь, я здесь. Сейчас такое время, что достигать своих высот можно откуда угодно, даже из Павлодара.
Расскажи о нем. Чем он интересен... Да, в принципе, ничем. Заводы, лагеря вокруг. Но я такой человек, нахожу прекрасное в вещах, которые другим не нравятся. Я здесь вырос, и я Павлодар люблю по-своему. А ловить тут ничего, если так говорить.
Кем работают твои друзья, сверстники? Кто как. Кто-то, может быть, не работает в принципе. По-разному.
Клип «VBVVCTND» тоже в Павлодаре сняли? Даже не в Павлодаре, а в населенном пункте Ленинском, это 11 километров от Павлодара. Одна степь кругом. Как раз там я родился и вырос. А вторая часть клипа снята в Павлодаре и немного в Алма-Ате. Видишь
рует понятие «трэп». В Штатах это так не обзывают. А здесь это обрело форму черно-белого китча: все эти all black типчики, из-за которых иногда неохота одеваться во все черное, хотя раньше ты всегда это делал... Понимаешь, это вдруг стало каким-то приторным и слишком навязчивым мейнстримом.
Когда я записывал «Выбор без вариантов...», там я говорил: «Ты хо-тел настоящий трэп? Вот это трэп». Я руководствовался переводом слова trap — это «яма», это «капкан». Вот смотри, в натуре яма. Я не привет-ствую мнение, что если человек ис-пользует 808-й бас, трещащие хэты и вот этот звук «тр-р-р», то это трэп. Есть действительно трэп, музыка но-вых угнетенных негров, которые до-брались наконец-то до бабок, ору-жия, кокаина и микрофона. Вот это действительно трэп. Все остальное — приходящие и уходящие стили. Как ушел дабстеп, как ушла мода на «Gangnam Style». Моя музыка дей-ствительно что-то берет от старого рэпа из Атланты, из Техаса, где-то это вообще Нью-Йорк. Где-то это что-то африканское, я все это мешаю и до-бавляю туда себя — так получается мой стиль.
Чего-то такого узнаваемого эт-нического — нет. Эту этнику очень трудно правильно связать с рэпом. По крайней мере я до этого еще не дошел.
Кому как. Мне хорошо. Мно-гим людям хорошо. Не на что жа-ловаться, на самом деле. А кто захо-чет, те всегда найдут, на что пожа-ловаться. У меня есть пословица на такой случай: «Кому в деревне ... [плохо], тому и в городе ... [плохо] будет».