Российские власти рискуют окончательно и бесповоротно потерять Калининград

Российская элита, а за ней и общественность озаботились проблемой Калининградской области в 2001 году - до того трудности бывшей Восточной Пруссии, присоединенной к СССР после окончания Второй мировой войны, мало волновали и СМИ, и федеральные органы. Однако это не означает, что об этой проблеме не думал никто. Наши балтийские соседи, не привыкшие действовать на авось, были обеспокоены будущим Калининграда в связи с возможным расширением Европейского союза и НАТО еще в 1997 году, когда впервые попытались собрать представительную конференцию для обсуждения этих вопросов с участием Литвы, Польши и России. От России на конференцию никто из высокопоставленных чиновников не приехал - тогда мы в принципе боролись с расширением НАТО и Еси считали ниже своего достоинства обсуждать даже гипотетически, что будет, если оно все-таки произойдет. Мол, не посмеют обидеть сверхдержаву, даже бывшую... В общем, события развивались в полном соответствии с русской пословицей «пока гром не грянет, мужик не перекрестится».

Однако европейский караван неудержимо шел вперед, не обращая внимания на раздававшееся по временам недовольное рычание восточного сосе да, и дошел наконец до той точки, когда не замечать калининградскую проблему стало невозможно. Выяснилось вдруг (хотя очевидно было еще в 1997 году), что с вступлением Литвы и Польши в Европейский союз на них распро страняются нормы шенгенских соглашений и безвизовым поездкам россиян по территории соседних суверенных государств придет конец. А это означает и конец особых отношений в регионе, которые позволяли калининградцам худо-бедно выживать за счет мелких и крупных спекуляций, расцветших благодаря льготам, и с помощью так называемой челночной торговли.

В сложившейся сегодня вокруг Калининграда ситуации виноваты прежде всего российские власти, не предпринявшие вовремя мер по обеспечению интересов жителей области. Представители российской стороны, ответственные решение проблемы Калининградской области, до последнего дня не верили в неизбежность введения виз. И ничего не делали для того, чтобы облегчить калининградцам переход к новым отношениям с соседями. Федеральная целевая программа по развитию экономики Калининграда фактически провалилась, а большинство жителей области (около 75%) до сих пор не имеют заграничных паспортов. Между тем сегодня уже всем, кроме спецпредставителя президента по проблемам Калининградской области Дмитрия Рогозина и самых рьяных патриотов, окончательно ясно, что исключений из общеевропейских правил для России по политическим мотивам никто делать не собирается. Само назначение на долж ность спецпредставителя Дмитрия Рогозина - соучредителя ура-патриотического «Конгресса русских общин», соратника Александра Лебедя и Виктора Алксниса по непримиримой борьбе за права русских в Латвии и Приднестровье - свидетельствовало о том, что Кремль не допускал и мысли о возможности компромисса.

Именно поэтому такую острую реакцию с российской стороны на московском саммите Россия-ЕС в мае этого года вызвал отказ Европейского союза пойти нам навстречу в вопросе визового режима. Сегодня модно быть патриотом-государственником, а главным доказательством патриотизма служат проклятия в адрес обидчиков России (от Олимпийского комитета до правительства Дании). И в вопросе о визах для калининградцев (вернее, в требовании оставить им безвизовый проезд по территории соседних стран) слились в общем хоре негодующие голоса политиков и экспертов самых различных направлений и взглядов от записных коммунопатриотов до ранее вполне вменяемых «яблочников». В результате реальные проблемы Калининградской области, которых действительно много и решение которых зависит в первую очередь от российских властей, оказались погребены под ворохом обвинений в адрес «нехороших» европейцев.

Пафос обвинений состоит в том, что при отсутствии безвизового коридора по территории Литвы Калининградская область окажется отрезанной от остальной России. А кроме того, и это один из наиболее часто повторяе

мых, в том числе и чиновниками МИД РФ, аргументов - «граждане нашей страны не должны просить визу у какого-то другого государства для того, чтобы проехать из России в Россию». Как, литовские власти будут решать, ехать нам в Калининград или не ехать? Да кто они такие?!! Для человека, хоть несколько знакомого с постановкой дела в цивилизованном мире, подобный аргумент - атавизм державной психологии. «Они» - суверенное государство, собирающееся вступить в шенгенскую группу. А Калининград - не Западный Берлин в годы холодной войны, а территория, имеющая свобод ный выход в море. Отчего-то российские политики в пылу негодования забывают, что с «большой земли» в область можно попасть и другими путями. Если не хочешь спрашивать разрешения у «маленького, но гордого» литовского народа - можно лететь самолетом, можно организовать паром из Петербурга. И обидчики-европейцы готовы всячески помочь россиянам это сделать, прежде всего финансами, начиная от ремонта Калининградского порта и кончая компенсацией российским путешественникам разницы в це не между железнодорожными и авиационными билетами. Начинать ремонт порта надо было уже давно, тем более что он пригодится не только калининградцам, но и всей России для обслуживания внешней торговли. Но российским властям до сих пор кажется более удобным вставать в позу подгулявшего молодчика, не желающего обходить соседскую дачу, - хочу, мол, идти напрямую, мне так удобнее и ближе...

Есть и еще один интересный нюанс проблемы, о котором традиционно забывают. Россия отрезана не только от Калининграда - она не имеет общей гра ницы и с теми самыми Литвой и Польшей, через которые мы хотим иметь безвизовый транзит. Между нами лежит Белоруссия (до Литвы можно добраться и через Латвию, но крюк получается почти такой же, как на пароме через Петербург). А Белоруссия - государство хотя и союзное, но непредсказуемое. И этот фактор в рассуждениях политиков и политологов никак не учитывается.

С лета развитие событий приобрело «динамический характер» в дело всту пила тяжелая артиллерия. В августе Владимир Путин обратился к Евросоюзу с предложением о безвизовом режиме для всей России, то есть по сути о вступлении нашей страны в шенгенскую зону. Предложение вызвало у западных партнеров легкий шок, однако не столько по причине своей неожиданности, сколько потому, что они уже не один раз в связи с калининградским транзитом объясняли, почему это на данном этапе невозможно.

18 сентября 2002 года поступил официальный ответ главы Еврокомиссии Романо Проди на предложения российского президента. Европейцы предлагают решить проблему путем введения так называемого УТД (упрощенного транзитного документа) для проезда россиян в Калининград и обратно через территорию Польши и Литвы, когда те присоединятся к ЕС. УТД будут выдаваться консульствами Литвы и Польши на основании спис ков граждан, «часто» передвигающихся по этому маршруту. Такие списки и предложено было составить России, однако без гарантий, что соответству ющие консульства выдадут пропуска всем желающим. До конца 2004 года УТД считался бы действительным при наличии внутреннего российского паспорта, потом транзитным путешественникам придется предъявлять загранпаспорт.

Другой вариант транзита предполагал спешную модернизацию железнодорожных путей и поездов, чтобы после вступления Литвы Евросоюз смог бы изучить возможности безвизового проезда на скоростных поездах, идущих без остановок. Это предложение по существу было лишь попыткой отложить решение вопроса - по мнению Еврокомиссии, в настоящее время технические условия для проезда высокоскоростных поездов (исключающих возможность «десанта» пассажиров) в любом случае отсутствуют, поэтому и спорить не о чем.

В то же время Европа, как и положено, в целом приветствовала предложение Владимира Путина «относительно более глобального сотрудничества с Россией с перспективой введения безвизового режима». Однако сразу же предъявила России требования, повторявшиеся и до того, — насчет усиления борьбы с преступностью и незаконной миграцией. Не менее важным является и вопрос о реадмиссии, то есть о возвращении в Россию нелегальных иммигрантов.

25 сентября проблема Калининграда, обсуждалась на заседании Парламентской ассамблеи Совета Европы в Страсбурге. Принятая ПАСЕ резолюция вызвала самые различные оценки экспертов и участников. Комментарии российских официальных лиц сводились к тому, что Евросоюз пошел на уступки. Видимость уступок создавали и представители Еврокомиссии, хотя на самом деле речь шла о незначительной корректировке формулировок, позволяющей России «сохранить лицо». Если же отвлечься от ничего не значащих реверансов и общих фраз, то факт остается фактом правительство Литвы, выполняя условие Евросоюза, требующего от своих будущих членов надежного контроля за восточной границей, уже объявило об отмене визовых льгот для граждан России и Белоруссии. С января 2003 года визы должны будут получать жители России, едущие в Калининградскую область через территорию Литвы. А с июля визы потребуются и калининградцам, едущим на «большую землю» из своего «эксклава».

Тем временем в России калининградский вопрос продолжают использовать исключительно в пропагандистских целях - для зарабатывания «патриотических» очков. Наиболее ярким примером такого подхода могли служить прошедшие 30 сентября в Госдуме парламентские слушания, превратившиеся в обсуждение вопроса, предъявить ли Литве территориальные претензии на Клайпеду и ряд других территорий немедленно или после вхождения ее в шенгенскую зону. Почти одновременно, можно сказать, в ответ, Еврокомиссия в ночь с 30 сентября на октября приняла решение о том, что вариант безвизового транзита полностью исключается даже при условии «пломбирования» вагонов.

Вопрос о Калининграде было намечено обсудить окончательно 11 ноября на очередном саммите Россия-ЕС в Брюсселе. Было ясно, что разговор там пойдет непростой. В соответствии с имеющимся Соглашением о партнерстве и сотрудничестве (СПС) встречи на высшем уровне раз в полгода должны подводить итоги сотрудничества по всем направлениям за отчетный период и утверждать планы на будущее. Прошедшие шесть месяцев стороны занимались почти исключительно спорами о калининградском транзите целый цикл российско-европейского диалога растрачен попусту. А время для реальной экономической интеграции уходит - в ближайшие несколько лет ЕС будет всецело поглощен проблемой приема новых стран-членов.

Судя по всему, российская сторона продолжает надеяться на принятие «политических» решений на саммите и рассчитывает, что Европейский союз оценит принципиальность нашей позиции и пойдет-таки на уступки. Надежды, прямо скажем, призрачные. Европейский союз - большая бюрократическая структура, формирующая свою позицию путем долгих согласований и поисков консенсуса, поэтому неожиданные эскапады и инициативы ему отнюдь не свойственны. Европейские чиновники не могут позволить себе изменить согласованную позицию, как бы мы того ни хотели.

Внутреннее дело Проблема Калининграда объясняется и историческими условиями возник новения анклава, и ошибками власти. Расширение Европейского союза лишь привлекло к Калининградской области всеобщее внимание. А на самом деле сходные проблемы испытывают и Владивосток, и Камчатка, и Курильские острова. Нужна программа развития этих областей, находящихся на периферии России, но тем не менее имеющих для нее принципиальное значение.

Власти должны понять, что европейцы не виноваты в экономической отсталости Калининградской области, так же как не виноваты японцы в бедственном положении Курильских островов. Другое дело, что европейцы могли бы с большим пониманием относиться к нашим трудностям. Но проблемы все равно остаются нашими, и никто, кроме нас, их не решит. Европейский союз можно привлекать к их решению, и он готов, как кажется, помочь в этом, но решать должны мы, не перекладывая ответственность на западных «дядюшек» и не пытаясь «выдоить» из них побольше. Тем более нельзя прибегать к шантажу вроде неподписания договора о границе с Литвой и т.п. – это не только неприлично, но и усугубляет, пусть и неоправданные, подозре ния Запада в том, что Россия не оставила имперских амбиций. Да и идея перевозить россиян в пломбированных вагонах рождает неприятные историче ские ассоциации.

Кроме того, проблема Калининграда должна рассматриваться не сама по себе, а в общем контексте отношений России с Евросоюзом, с шенгенской зоной. Летнее предложение Владимира Путина включить Россию в шенгенскую зону - первый шаг в этом направлении. Но оно явно рассчитано на отдаленную перспективу. Пока не будет наведен порядок на южных границах России, пока не будут заключены договоры о реадмиссии, пока Россия не приведет в порядок миграционные процессы на своей территории, об этом не может быть и речи. Однако ничто, кроме ведомственных интересов, не мешает России сегодня же принять принципиальное решение о предоставлении в одностороннем порядке гражданам стран шенгенской зоны права безвизового въезда в нашу страну. Такой шаг действительно докажет стремление России к интеграции в Европу, покажет, что мы не боимся европейцев, поднимет имидж России в их глазах и будет первым шагом на пути отмены визовых ограничений между нами и другими европейскими странами. И об этом шаге можно и нужно заявить на очередном саммите Россия-ЕС. За нынешней жесткой российской позицией стоит не забота о калининградцах, а стремление привязать жителей области к центру. Принципиально важно, что данная позиция отстаивается федеральными политиками, а не представителями области. Калининградцам многократные шенгенские визы при условии их облегченной выдачи предостав ляют куда большую свободу, чем безвизовые коридоры «на родину». И в центре это понимают - отсюда и различные препятствия в открытии новых консульств, новых пограничных переходов, в выдаче заграничных паспортов жителям области и т.п. Однако «коридорные» методы решения проблемы, которые предлагаются ныне российским начальст вом, очень уж напоминают сталинские, и последствия их бу дут не менее печальными. Именно так легче всего потерять Калининград окончательно и бесповоротно.