Кратко Сегодня каждый пятый человек в мире — пенсионер. Согласно исследованиям, проведенным за последние десять лет, жестокому обращению подвергаются от 4% до 6% пожилых людей, то есть от 57 до 86 миллионов человек в мире. В России — от полутора до двух миллионов. Джессика Томас написала для Sixty and Me руководство, как распознать и предотвратить жестокое обращение с пожилыми. «Утопия» перевела и адаптировала его к российским реалиям. Что такое жестокое обращение с пожилыми людьми?

Кратко Мы давно живем в реальности, когда за слова можно получить уголовное наказание, но в последние три месяца за высказываниями в интернете следят особенно тщательно. К репрессивному «экстремистскому» законодательству добавилась статья о дискредитации армии — в конце апреля по этой статье отправили в СИЗО на два месяца журналистку Марию Пономаренко. Суровые наказания могут подтолкнуть к самоцензуре, но важно не поддаваться панике, трезво оценивая риски.

Что такое «дискредитация армии»? За что можно получить уголовку? Кратко За антивоенные протесты с конца февраля задержали больше 16 тысяч человек. Со свободой собраний в России все сложно еще с 2004 года: тогда появился закон о митингах, который обязал протестующих согласовывать публичные мероприятия с властями. В 2012 году его ужесточили, сильно увеличив риски для протестующих.

Что делать? Кратко Роскомнадзор перешел к блокировке не только запрещенных ресурсов, но и VPN-сервисов, позволяющих относительно легко эти блокировки обходить — их в ведомстве признали «угрозой». Пользователи сообщали о блокировке популярных IPSec, ProtonVPN, Lantern и Outline. Подобных сервисов существуют десятки, но очевидно, что надзорщики только начали волну блокировок. Что нужно теперь делать пользователям, чтобы не потерять доступ к заблокированным СМИ и другим ресурсам?

что такое коллективная травма и как с ней жить Кратко Уже несколько дней мы живем в новой реальности, которую пока невозможно отрефлексировать, — наше государство начало «специальную военную операцию»* в Украине. Мы пытаемся понять, что делать с ужасом, свалившимся на всех нас. Кто-то винит себя за недостаточные усилия для предотвращения этих событий. Другие снимают с себя ответственность за действия властей, считая, что мы не можем на них никак повлиять.

Кратко В России мать или отец могут три года сидеть дома и заботиться о ребенке, получая за это деньги от государства — звучит как утопия. На деле же до, во время и после этих трех лет всплывают подводные камни: дискриминация, потеря работы, крошечные пособия, почти полное отсутствие поддержки со стороны бизнеса и исключение из общества. «Утопия» разобралась, с какими сложностями сталкиваются женщины, когда речь заходит о декретном отпуске.

Кто может под нее попасть, можно ли отказаться? Разбор «Черты» Кратко Западные чиновники уже неделю говорят о возможной мобилизации в России в ближайшие дни. Российские официальные лица, как водится, все опровергают. Спикер Госдумы Вячеслав Володин заявил что в России не будет мобилизации, а пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал эти слухи «чушью». Мы не представляем, что будет дальше, но слишком хорошо знаем, что значит, когда отечественные чиновники массово говорят «нет».

Кратко Один из способов починить разладившиеся отношения — пойти на парную или семейную психотерапию. Казалось бы, это осознанный и логичный шаг почти в любой ситуации. Но при домашнем насилии парная психотерапия запрещена. Почему? Как насильник и психолог могут нанести еще больше вреда во время семейных консультаций? Специально для « Утопии » психолог Наира Парсаданян ответила на эти вопросы и разобрала популярные мифы о том, почему пострадавшая не уходит сама.