Смерть Романа Виктюка вызвала, естественно, волну искренних эмоциональных признаний в чувстве потери, признаний в любви к его театру. Что-то важное для себя почувствовали и те — многие десятки — артистов, с которыми он работал, и критики, писавшие о нем кто часто, кто редко, кто, как и я сам, не писавшие вовсе. В историю русского театра Виктюк входит как очень своеобразный феномен. Надо подчеркнуть: во-первых , в историю — входит. Во-вторых , феномен своеобразный.