Еще первая лампочка не успела вспыхнуть на юге Москвы после многочасового мрака, еще не все пассажиры остановленных в тоннелях метро поездов добрели до станций, еще застрявшие лифты не доехали до первого этажа, а перипетии этой мрачной драмы успели отойти на второй план. Главный вопрос, который мучил обесточенных граждан в те роковые минуты, был вовсе не о том, когда наконец дадут свет. Люди думали о Чубайсе. Большинство в своих грезах уже видело его за решеткой.