Позиция России в данном случае абсолютно понятна, она исходит как раз из того, о чем сказал Лавров: с учетом настроений внутри Южной Осетии и Абхазии после того, что произошло, все время говорить о территориальной целостности Грузии было бы странно, народы Южной Осетии и Абхазии воспримут это как оскорбление. С этим довольно сложно спорить.

14 августа появилась информация о том, что город Гори августа уже находится под контролем грузинских сил. Во всяком случае, об этом говорили и российские, и грузинские официальные лица. Представитель российского Министерства обороны генерал-майор Вячеслав Борисов ночью встречался с секретарем Совета национальной безопасности Грузии Кахой Ломая и договорился о том, что «войска России в город больше не войдут, люди могут наладить нормальную жизнь».

В России вчера прошёл траур по погибшим на Кавказе. Там, в Осетии, этот траур продолжается. Официальные лица сказали и скажут ещё немало слов, которые уместно говорить в такие дни. И это ведь правильно: самое большее, что могут сделать живые для ушедших — это помнить о них. Обо всех и о каждом в отдельности. Называя отдельно и поименно. Все прошедшие дни этого и не хватало. Да, говорили о «Граде» над городом, о прятавшихся в подвалах людях, которых там и убивали — но не было имён.

Министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил 14 августа, что о разговорах про территориальную целостность Грузии «можно позабыть». Похоже, это первое подобное заявление официальной России, если не считать позиций Владимира Жириновского и Геннадия Зюганова, которые с самого начала конфликта говорили о необходимости признания независимости Южной Осетии и Абхазии.

«Лицо врага пугает меня, когда я вижу, как оно похоже на мое собственное», — писал Ежи Лец. Про Саакашвили особого спора не получится. После того, что этот герой устроил в Цхинвали, ему действительно было бы полезно отдохнуть в Гааге. Но уж кому-кому, а российским официальным лицам про это надо молчать в тряпочку. Ибо Саакашвили должен сидеть в Гааге - рядом с Путиным, и оба под портретом Милошевича.

Решение президента Дмитрия Медведева о проведении военной операции против грузинских войск вызвало в либеральном лагере разные суждения. Много говорится о том, что сама эта операция была ошибкой, так как она нарушила нормы международного права и повлечет за собой тяжелейшие политические последствия внутри России. Авторы этих суждений, однако, не задаются элементарным вопросом — а что было делать?

Через несколько часов после российского вторжения в Грузию высокопоставленные российские чиновники начали говорить о соблюдении Кремлем норм международного права, которых, как утверждает Москва, она придерживается и по сей день. На самом деле, прикрываясь этими громкими словами, Кремль не только пытается оправдать применение силы в Грузии, но и настаивает на предоставлении независимости грузинским территориям Южной Осетии и Абхазии, пытаясь придать легитимность своим анклавам на Кавказе.