Бои местного значения. С утра 4 марта на участке, расположенном в «зоне повышенной комфортности» Ленинградского вокзала, только четверо наблюдателей: двое от кандидата Владимира Путина и двое от кандидата Михаила Прохорова.

Журналист Труди Рубин теперь знает ответ Who is Mister Putin? — 12 лет назад, когда Владимир Путин был в самом начале своего первого президентского срока, международный обозреватель и колумнист газеты Philadelphia Enquirer Труди Рубин на пленарном заседании Всемирного экономического форума в Давосе задала этот вопрос. В марте 2012-го она приехала в Россию. The New Times поинтересовался: знает ли она теперь ответ?

За кого и почему голосовали предприниматели Екатерина Кармак, 28 лет, Калуга, владелица бюро путешествий «Кэт­рин Тревел» (туристическая компания работает на рынке 7 лет, в ней занято 7 человек): «Я голосовала за Путина, потому что конкурентоспособных альтернатив, на мой взгляд, в списке не было. При Путине мы хоть как-то развивались, а что будет при правлении Зюганова или Прохорова — большой вопрос.

На митинги в поддержку Путина ходят не только бюджетники и работники госбизнеса, но и люди сознательно его поддерживающие За Путина! Основной электорат премьера — люди в возрасте, малообеспеченные из небольших городов. Но голосует за него и молодежь. Их аргументы узнавал The New Times Юрий Волкович, 26 лет, работает в IT-бюро, Москва При Ельцине было свободно, но мне такая свобода не нужна. «Мерседесы» с перебитыми номерами продавались, как горячие пирожки, а специалистов было очень мало.

Меж двух зол. 4 марта особый интерес вызывало голосование представителей малого бизнеса. С одной стороны, принято считать, что именно они — основа «рассерженных горожан», поднявших протестную волну в минувшем декабре. С другой — этим людям есть что терять в гораздо большей степени, чем, к примеру, бюджетникам. The New Times выяснял политические предпочтения предпринимательского сообщества из первых рук Андрею Гринкевичу за сорок. Живет в Сочи, занимается грузовыми перевозками.

Им не нужны Bentley — 2. Из 1500 мандатов депутатов муниципальных собраний в Москве оппозиция получит по результатам выборов, прошедших в один день с президентскими, примерно треть. В прошлом номере The New Times писал о пятерых молодых людях, делающих первые шаги в политике и решивших стать депутатами столичных муниципальных собраний. Чего в итоге они добились?

4 марта корреспонденты The New Times отправились работать наблюдателями, членами комиссий с правом решающего голоса, вошли в мобильные группы и своими глазами увидели, как ковалась победа свежеизбранного президента Бутырка хочет Путина. «Шесть секунд, ма! Люди добрые, ма! Нет проблем, ма! По ней Прохоров лично звонил, ма!» — под этот рефрен майора Адама Абдулаевича окончательно просыпаюсь в проходной Бутырской тюрьмы.

УИК — дело семейное Чай с галочками. Участковая избирательная комиссия — это семья, в которую чужаков не пускают. Им показывают фиги, мечтают от них избавиться, но вынуждены с ними считаться 3 марта, 9.00. Председатель избирательного участка Рустем Енгалычев заносит в школу коробку с провизией — несколько батонов сырокопченой колбасы, хлеб, сыр, шпроты, чай, кофе, сухари. Садимся завтракать. В комиссии 15 человек.

Аркадий Бондарь — высокий молодой парень с широкой улыбкой на симпатичном лице. Подойдет к каждому новичку, потерянно сидящему на своей койке в адаптационном отряде. Затеет разговор о жизни, о деле, приведшем в зону… Только очень наивный человек поддержит беседу. Но поговорить хочется, и наивных — много. Находящиеся в бараке арестанты неодобрительно посматривают на происходящее, но не вмешиваются. Аркадий — «официальный» стукач, работает дневальным в оперативном отделе.