Красное и черное. Губная помада может быть какого угодно безумного цвета — но она должна быть! Приключения краски для губ изучал The New Times — Что это? Помада? Или я ошибаюсь? Она спрятала улыбку в дырки своего шарфа. — Глупый ты… — Не глупый, а ревнивый. Для меня ты губы никогда не красишь… — Это не помада, а блеск для растрескавшихся губ… Анна Гавальда.

Hаше поколение познакомилось с Максимилианом Волошиным раньше, чем научилось его читать. Благословенный Коктебель, Феодосия и Крымские горы, обитель студентов, нонконформистов и даже диссидентов (выездные «сессии» солженицынского Русского фонда в конце 70-х) хранили его следы в первую оттепель.