Засосало Дискриминация Кондакопшинского болота продолжается Чтобы признать территорию болотом, необходимы три составляющих: торф, затопленность водой и характерные болотные растения. В суде правительство города уже не отрицает наличие в Кондакопшинском болоте торфа, насчет воды пока находится в сомнениях, а болотных растений не видит в упор. Хотя достаточно съездить на место, чтобы убедиться: растения есть и прекрасно себя чувствуют.

Я вот в последнее время много рефлексирую. На правах национал-предателя. Размышляю о том, с чего начинается родина и что такое патриотизм. Простите. Подруга подлила масла в огонь. Говорит: достала ее фраза: "Мне стыдно, что я русский". Увы, только русские так могут говорить. Никто не стыдится своей национальности, все гордятся." Про другие народы мне рассуждать сложно. Я их мало видела. Можно сказать, вообще не видела. Я последние несколько лет рожала без остановки. А до этого был кризис.

Фотограф Лена Самойленко побывала в Бахчисарае – где украинские военные несут службу в машинах перед частью, над которой уже реет российский флаг. Бахчисарай – город, едва тронутый временем. Среди редких российских и украинских флагов там встречаются даже серп с молотом в обрамлении цветущих вишен. Парк "Крым в миниатюре" похож на любимую игрушку диктатора. Люди строят дома под массивными скалами, на которых пишут признания в любви. Местные таксисты непосредственны, как дети.

Обозреватель «Новой» Борис Вишневский — о том, почему диктатура не умеет бороться с кризисами медицинских работников погибло в Петербурге и Ленобласти с начала пандемии COVID-19 (*по данным «Списка памяти») Заявка на референдум о воссоединении Петербурга с Княжеством Лихтенштейн будет подана сегодня.

Когда активисты кричат на акциях протеста: "Свободу политзаключенным!" - кого они имеют в виду? Исследователи из московского "Мемориала" представили петербургским коллегам результаты своих изысканий на тему о том, кого же сейчас стоит причислять к политзэкам. Причина для проведения этой работы вполне практическая. Понятно, что в условиях регулируемого властью правосудия процессы идут с многочисленными нарушениями, а значительная часть осужденных и вовсе сидит ни за что.