Так рифмует массовик-затейник, чувствуя, как смертный холодок, перешеек, сладкий мой ошейник, Родины заплечный поводок Так рифмует массовик-затейник, чувствуя, как смертный холодок, перешеек, сладкий мой ошейник, Родины заплечный поводок Я предвидел это с девяностых. «Нерусь!» — крикнет мне святая Русь. Я и сам такой же полуостров: плюхаюсь, никак не оторвусь... И прогноз-то прост, как пять копеек, внятен, как нагайка казака, — но привязан я за перешеек памяти, родства и языка.