Доктор экономических наук Владислав Иноземцев (признан Минюстом иностранным агентом – Полит.Ру) пишет : «События последних недель «по совокупности» вызывают крайне двойственное ощущение – ощущение симбиоза стабильности и катастрофизма. С одной стороны, Кремль ведёт себя как, как если бы ничего вокруг не происходило <…>.

В четверг, 8 июня, в 19:00 в клубе «Клуб» (Москва, Покровский б-р, д. 6/20, с. 1) в рамках Публичных лекций Полит.ру пройдет лекция сотрудницы Музея истории ГУЛАГа Олеси Сириченко о Соловецком лагере особого назначения (С.Л.О.Н., который появился 100 лет назад — 6 июня 1923 года). 100 лет назад постановлением СНК СССР на крайсветном архипелаге в Белом море был образован Соловецкий лагерь особого назначения, который стал прототипом сотен будущих лагерей ГУЛАГа.

Издательство «Альпина Паблишер» представляет книгу Теодора Далримпла «Психология убийцы. Откровения тюремного психиатра» (перевод Алексея Капанадзе). Что толкает людей на преступления и что они чувствуют потом, как оценивают свои деяния? Пожалуй, лучше всего в психологии убийц может разобраться тюремный психолог: именно с ним осужденные часто делятся секретами, рассказывают то, о чем не говорили ни в суде, ни близким.

Политолог, глава «Клуба регионов» Сергей Старовойтов пишет : «Шебекинская ситуация, как впрочем и все события последнего года, показывают как растет политический вес тех политиков, кто активно комментирует происходящее, удовлетворяя запрос общества на информацию, особенно в ситуации неопределенности и стресса. Общество жадно ловит слова спикеров и платит своим вниманием, лояльностью, рейтингами и популярностью.

Политолог, глава «Клуба регионов» Сергей Старовойтов пишет : «Шебекинская ситуация, как впрочем и все события последнего года, показывают как растет политический вес тех политиков, кто активно комментирует происходящее, удовлетворяя запрос общества на информацию, особенно в ситуации неопределенности и стресса. Общество жадно ловит слова спикеров и платит своим вниманием, лояльностью, рейтингами и популярностью.

Политолог Дмитрий Михайличенко рассуждает о причинах равнодушия российского общества к репрессиям: «Российское общество не любит репрессий, но воспринимает их индифферентно, без особого эмоционального неприятия и без проявления эмпатии: это происходит в силу нескольких причин. Самая поверхностная – атомизация: «меня это не коснется». <…> Другая: «не нужно высовываться», «не иди против власти и все будет нормально».

Издание « Re : Russia » опубликовало результаты опроса Центра демократии и устойчивости (GLOBSEC), посвященного поддержке проукраинского курса в западных странах: «За кажущимся единством общественного мнения (населения Центральной и Восточной Европы – Полит.Ру) обнаруживается достаточно определенное разделение на два лагеря.

Заслуженный профессор мировой политики в Университете Джона Хопкинса Хэл Брэндс пишет в Foreign Policy оновом витке битвы за Евразию и о том, как на её расклад повлияют страны, которые он называет « колеблющимися»: «В Персидском заливе – богатом регионе на перекрестье трёх континентов – давние партнёры США в сфере безопасности решили, что им больше по душе полиамор ия , а не узы моногамного брака с одним партнёром – США.

В издании « Perito » вышло интервью с исследователями Балинтом Мадьяром и Балинтом Мадловичем о том, в чем транзитология ошибалась, и какая специфика характерна для посткоммунистических режимов: «Согласно теории гибридных режимов, большинство политических режимов находится на одной оси между либеральной демократией и классической диктатурой.

Самое интересное из наших конспектов за неделю: Политолог Алексей Макаркин комментирует законопроект, запрещающий изображения и тексты немецких национал-социалистов, итальянских фашистов и «руководителей организаций, сотрудничавших с указанными группами, организациями или движениями»: «…даже в советское время не запрещали публикацию источников, которые разоблачали преступления нацизма. Причем возникает парадокс.

Что толкает людей на преступления и что они чувствуют потом, как оценивают свои деяния? Пожалуй, лучше всего в психологии убийц может разобраться тюремный психолог: именно с ним осужденные часто делятся секретами, рассказывают то, о чем не говорили ни в суде, ни близким. Теодор Далримпл много лет работал психиатром и тюремным врачом в Лондоне и Бирмингеме. За время своей работы он столкнулся со множеством ужасающих, смешных и печальных историй.

Корреспондент «Коммерсанта» Александр Черных делится впечатлениями от поездки в Шебекино: «В Шебекино я смотрел на горящий после обстрела дом - и вспоминал весну 2022 года. Когда я шёл по разрушенным улицам Мариуполя и думал, что его не отличить от десятков российских городов. Где на первых этажах — точно такие же аптеки, цветочные магазины, пивные разливайки и банковские отделения. Тогда, в Мариуполе, я думал, что теперь очень легко могу представить города своей страны сгоревшими от снарядов.

Социолог Денис Волков в издании «Forbes» пишет : «Важно понимать, что фундаментальным условием адаптации российского общества к перипетиям последних полутора лет является социально-экономическая стабильность. Невосприимчивость общественного мнения к плохим новостям, высокая поддержка властей и военных обусловлена не свойствами нашего национального характера, а тем, что на поддержание общественного спокойствия брошены огромные ресурсы.

Максим Руссо Fernando Fueyo Ученые установили , что погребение трехлетнего ребенка, найденное в 2013 году в Кении, было сделано около 78 000 лет назад, что делает его старейшим известным местом захоронения людей в Африке. Преднамеренные захоронения относительно редки в археологических данных до рубежа 30 000 лет назад. Ранее самые старые предполагаемые захоронения в Африке датировались 74 000 и 68 000 лет назад — в пещере Бордер-кейв в ЮАР и в Тарамсе (Египет) соответственно.

Теодор Далримпл Издательство «Альпина Паблишер» представляет книгу Теодора Далримпла «Психология убийцы. Откровения тюремного психиатра» (перевод Алексея Капанадзе). Что толкает людей на преступления и что они чувствуют потом, как оценивают свои деяния? Пожалуй, лучше всего в психологии убийц может разобраться тюремный психолог: именно с ним осужденные часто делятся секретами, рассказывают то, о чем не говорили ни в суде, ни близким.